Сегодня наиболее распространено мнение, что эта фигура является трезубцем — родовым знаком Рюриковичей. И символизирует она птицу или же якорь-крест. «Тризуб... В прошлом — личный знак некоторых князей Рюриковичей. В частности, Владимира Великого и Ярослава Мудрого... существует множество теорий, но ни одна из них не является общепризнанной. Можно выделить лишь несколько суждений, которые являются наиболее обоснованными. Например, трактовки Тризуба как стилизованного изображения... сокола... или якоря-креста... или же это... птица-молния», см. Википедия ru.wikipedia.org/wiki/Тризуб. То есть, по сути, выбрали пункты 1, 4, 5 приведенного Толстым списка.
Поскольку основным толкованием данной фигуры сегодня является птица — либо сокол, либо какая-то другая — остановимся подробнее именно на этом толковании. Сразу возникает вопрос: кто и когда его ВПЕРВЫЕ предложил?
Ответ известен. Но прежде чем рассказать об этом, сразу отметим, что здесь снова и снова проявляется та же самая поразительная картина: некий историк на основе НЕВЕРНЫХ предпосылок выдвигает гипотезу, целиком основанную на этих предпосылках. Затем неверность предпосылок обнаруживается, и они отбрасываются историческим сообществом. Однако вытекающая из них гипотеза не отвергается, а наоборот, с радостью принимается и превращается в догму. При необходимости — снабжается новыми «доказательствами».
И. И. Толстой пишет: «известно, каким образом барон Кёне дошел до вывода, что на наших монетах изображена птица. На монете, МНИМО ПРИНАДЛЕЖАЩЕЙ ЯЗЫЧЕСКОМУ КНЯЗЮ ОЛЕГУ, невозможно было допустить помещение христианской эмблемы, каковы трикирий или церковная хоругвь. Поэтому ПРИШЛОСЬ ИСКАТЬ МЕЖДУ ТИПАМИ ДОХРИСТИАНСКИМИ, а так как г. Кёне ПРИЗНАЛ МОНЕТУ ЧЕКАНЕННОЙ СЕВЕРНЫМ МОНЕТЧИКОМ, то, в частности, — между типами северных монет. Тут он остановился на изображении птицы (ВОРОНА) на монетах Анлафа, так как фигура на мнимой Олеговой монете действительно могла, с некоторой натяжкой, быть принята за изображение птицы... Г. Кёне объяснил этим способом фигуру ТОЛЬКО ВСЛЕДСТВИЕ НЕВЕРНАГО ПРЕДПОЛОЖЕНИЯ... Г. Куник, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО УСПЕЛ С ОЧЕВИДНОСТЬЮ ДОКАЗАТЬ НЕВЕРНОСТЬ ОПРЕДЕЛЕНИЯ МОНЕТЫ БАРОНОМ КЁНЕ, ОСТАНОВИЛСЯ ОДНАКО НА ЕГО ОБЪЯСНЕНИИ ФИГУРЫ... Он нашел даже новые подтверждения догадки г. Кёне» [848:3], с. 166— 167.
Прорисовку этой монеты из книги И. И. Толстого мы приводим на рис. 77. Другая прорисовка той же монеты была приведена выше на рис. 70. Как сообщает Толстой, в его время монета эта находилась в Стокгольмском Минц-Кабинете.
Рис. 77.
Таким образом, первоначальная мысль, осенившая барона Кёне при взгляде на «загадочную фигуру», состояла в том, что это — англо-саксонский ворон, поскольку сама монета, как он считал, была отчеканена где-то в Северной Европе.
Вот как описывает это «открытие» барона Кёне И. И. Толстой: «Мало монет в нумизматике (в русской — ни одна) возбудили столько толков... вследствие НЕСКОЛЬКО СТРАННОГО описания бароном Кёне монеты, увиденной им в 1858 году в Стокгольмском Минц-Кабинете... найденную директором кабинета г. Гильдебрандом между куфическими, англо-саксонскими и древне-немецкими» [848:3], с. 67. Из какого именно клада происходила эта монета, Гильдебрандт пояснить не смог, а сообщил лишь, что «нашел монету в числе многочисленных средневековых монет, составлявших остаток кладов, найденных в Швеции до 1837 года» [848:3], с. 85.
Исследовав эту замечательную монету, барон Кёне напечатал статью о ней «в издававшемся им журнале Zeitschrift fur Mtinz-, Siegel- unci Wappen-Kunde (Neue Folge, 1. Band, 2. Heft. Berlin. 1859)» [848:3], c. 68. Вот, что он писал: «Самый древний и интересный русский памятник есть, без сомнения, серебряная монета Олега, находящаяся в Стокгольмском Королевском Минц-Кабинете. На лицевой стороне этой монеты видно изображение Олега... По бокам находятся следующия, ХОТЯ НЕ ПРАВИЛЬНО РАЗСТАВЛЕННЫЯ, но разборчивыя буквы: OLEG REX. На оборотной стороне... грубое изображение птицы с раскрытыми крыльями, по бокам хвоста которой два небольших косых креста. Вес 1,583 грамма.