Стоицизм. Для тех, кто хочет все успеть

Явные отголоски стоицизма встречаются в работах Марка Туллия Цицерона (106 г. до н. э. – 43 г. до н. э.), знаменитого римского оратора, мыслителя и государственного деятеля. В этом ничего удивительного нет – со многими представителями этого философского направления он имел возможность встречаться лично, более того, о некоторых работах стоиков мы знаем только благодаря сохранившимся трактатам Цицерона: «Парадоксы стоиков», «Тускуланские беседы» и так далее. Подобно стоикам, он считал, что в основе Вселенной лежит некая могучая разумная воля. Но, в отличие от них, не признавал всевластия судьбы, отдавая должное свободной воле человека.

Истинно стоической была смерть Цицерона: после убийства Юлия Цезаря оратор надеялся на восстановление республики, но этого не произошло; более того, имя Цицерона как врага государства попало в проскрипционные списки. Он был убит по приказу цезарианца Марка Антония. Как гласит предание, первоначально Цицерон планировал уехать в Грецию, но убийцы настигли его; когда оратор увидел, что скрыться невозможно, он, откинув полог паланкина, добровольно подставил шею под удар меча.

Винченцо Фоппа. Юный Цицерон за чтением. XV в.

Плутарх, греческий писатель и философ римской эпохи (ок. 45–50 гг. – 119–125 гг.) отразил в своих работах многие философские течения своего времени; он был не чужд и стоицизму, более того, многих его представителей знал лично. Соглашаясь с рядом стоических тезисов, Плутарх в то же время критиковал многие выводы стоиков относительно «присутствия божественного начала во всей материи».

В эпоху Средневековья, когда философия в Европе приобрела выраженную религиозную направленность, стоицизм сам по себе был практически незаметен, прорастая в основном там, где его тезисы согласовались с идеалами христианства. А вот во времена Ренессанса стоическая философия пережила всплеск популярности – не в последнюю очередь благодаря богатым меценатам и коллекционерам, которые приобретали древние рукописи и тем самым способствовали возрождению античной философии. Да и влияние церкви, клеймившей древних мыслителей как язычников, к этому времени уже несколько ослабело.

О своем почтении по отношению к философии стоиков заявлял известный писатель и мыслитель эпохи французского Возрождения Мишель де Монтень (1533–1592). В самом известном своем труде – «Опыты» – он рассуждает о человеческой природе, о путях достижения счастья. Со стоической его философию роднит то, что французский мыслитель видит человека как «частичку человечества», а одной из главных целей провозглашает достижение счастья. Правда, философию Монтеня часто называют синтетической: помимо стоицизма, в ней можно найти явные отголоски эпикурейства, скептицизма и многих других течений прошлого.

СВЯЗЬ ВРЕМЕН

Жан Кальвин, видный деятель французского и швейцарского протестантизма, интересовался трудами стоиков и даже писал комментарии на трактаты Сенеки. Правда, единомышленники упрекали его в излишнем увлечении трудами прошлого.

К числу наиболее последовательных поклонников античного стоицизма можно отнести нидерландского гуманиста, филолога и историка Юста Липсия (1547–1606). Он не просто издавал труды философов прошлого – в том числе, например, Сенеки, – он создал собственную систему, в которой переплелись стоицизм и христианство. Подобно стоикам, он называет главными руководящими силами мира Бога, Фатум и Провидение, причем проводит границу между двумя последними. Провидение – это необходимый атрибут Бога, который позволяет ему проникать в мысли и чувства, определять ход грядущих событий. Фатум – второстепенное по отношению к Провидению понятие, которое проявляет себя прежде всего в божьих творениях. Человек, по Липсию, наделен свободой воли и, если впадает в грех, делает это по своему собственному выбору. Автор не просто повествует о традициях стоицизма как такового, он активно применяет их в современных ему реалиях. Так, Юст Липсий пишет о том, что стоицизм может служить людям утешением и поддержкой во время политических конфликтов и различных «переделов мира», которых в Европе тогда было немало.

Рассказывают, что Мишель де Монтень разместил на балке своего кабинета цитаты Эпиктета, которыми вдохновлялся в работе.

Очень своеобразным моментом в философии Липсия было утверждение о том, что Бог подчиняется воле судьбы. Для христианина, которым являлся нидерландский философ, такая фраза была более чем странной; но, видимо, античный стоицизм и античная мифология весьма сильно повлияли на его мировоззрение.