Страницы жизни русских писателей и поэтов

Ответа нет. Автор обратился через великих княжон к императору и рукопись передали другому цензору – Никитенке, который 9 марта 1842 года разрешил печатать «Мертвые души» с тем условием, что другой герой, капитан Копейкин, вину за растрату казенных денег и свою невоздержанность возьмет на себя, а заглавием книги будет: «Похождение Чичикова, или мертвые души». В Москве автор выпустил на свои деньги 2500 экземпляров. Один экземпляр «Мертвых душ» Гоголь подарил царю. На момент выхода в России «Мертвых душ» автору было тридцать два года.

Было предложение выпустить перевод первого тома «Мертвых душ» на немецком языке, но автор не захотел: «…чтобы иностранцы впали в такую глубокую ошибку, в какую впала большая часть моих соотечественников, принявшая «Мертвые души» за портрет России». Тем не менее, в 1846 году книга вышла в Лейпциге. Годом раньше «Повести» Гоголя с помощью И.С.Тургенева перевел на французский язык муж Полины Виардо – Луи.

С.Т.Аксаков писал, что в Москве: «Книга была раскуплена нарасхват… публику можно было разделить на три части. Первая… способная понять высокое достоинство Гоголя, приняли его с восторгом. Вторая, … не могли вдруг понять глубокого и серьезного значения его поэмы… Третья… обозлилась на Гоголя: она узнала себя в разных лицах поэмы и с остервенением вступилась за оскорбление всей России».

Особо оскорбленными почувствовали себя дворяне, помещики, тем более, что идея отмены крепостного права давно назрела и требовала своего разрешения.

Н.Полевой в «Русском вестнике» отметил, что «Мертвые души», составляя грубую карикатуру, держатся на небывалых и несбыточных подробностях… лица в них до одного небывалые, отвратительные мерзавцы или пошлые дураки» и что язык Гоголя «… можно назвать собранием ошибок против логики и грамматики».

Популярные в то время журналы «Северная пчела», «Сын Отечества», «Библиотека для чтения», незамедлительно, отозвались на произведение писателя. Более обидным ему показалось славянофилы: Шевырев и сын Аксакова Константин, не поддержали.

Белинский в «Мертвых душах» увидел «… творение чисто русское, национальное, выхваченное из тайника народной жизни, столько же истинное, сколько и патриотическое, беспощадно сдергивающее покров с действительности и дышащее страстною, нервистою, кровною любовью к плодовитому зерну русской жизни… плодовитое зерно русской жизни», которое содержалось в таланте, терпении, милосердии, бескорыстности и бессловесности русского народа воплотилось в изумительном окончании «Мертвых душ». «Эх, тройка! Птица тройка, кто тебя выдумал? Знать, у бойкого народа ты могла только родиться, в той земле, что не любит шутить, а ровнем-гладнем разметнулась на полсвета, да и ступай считать версты, пока не зарябит тебе в очи. И не хитрый, кажись, дорожный снаряд, не железным схвачен винтом, а наскоро живьем с одним топором да долотом снарядил и собрал тебя ярославский расторопный мужик…».

Гоголь первым в русской литературе отказался от образа подобного Ивана-дурака и Емели, лежащего на печи, а показал «ярославского расторопного мужика», как даровитого, способного на созидание, что и было доказано ходом истории. Оркестром с четким ритмом и мелодией несется «бойкая необгонимая тройка». Риторически звучит: «Русь, куда ж несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа…. летит мимо все, что ни есть на земле, и косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства». До конца своей жизни автор так и не нашел ответа на свой поставленный вопрос. А Русь все несется и несется неизвестно куда на неуправляемой тройке.

В «Мертвых душах» автор коснулся самого больного вопроса России того времени – отмены крепостного права. В Европе монархические формы правления менялись на демократические, капитализм входил в производственные отношения.

Белинский писал о преобразованиях в Западной Европе: «Те же Чичиковы, только в другом платье: во Франции и Англии они не скупают мертвые души, а покупают живые души на «свободных» парламентских выборах. Парламентский мерзавец образованнее какого-нибудь мерзавца нижнего земского суда; но в сущности оба они не лучше друг друга».

Гоголь, не ведая сам того, подняв занавес над чиновничьей Россией, обнажил безобразия, творящиеся за ним, и растерялся от невольного открытия. Боясь радикальных преобразований, предложил свой путь: «Всяк должен спасать себя в самом сердце государства. На корабле своей должности, службы должен всяк из нас выноситься из смуты, глядя на Кормщика небесного. Кто даже не на службе, должен теперь вступить на службу». По мнению автора всем в России, и крестьянам в том числе, достанутся государственные должности, и тогда в Отечестве наступит мир, равенство, благоденствие и торговля не только живыми, но и мертвыми душами, уйдет в прошлое. Нет, на такой тройке далеко не ускачешь.