Странная смерть Европы. Иммиграция, идентичность, ислам

Спустя год после важного решения канцлера Меркель политики, звезды СМИ, знаменитости и другие люди продолжали настаивать на том, что Европа должна продолжать принимать мигрантов по всему миру. Те люди, в том числе широкая общественность, которые продолжали сомневаться в этой политике, неоднократно назывались холодносердечными и, возможно, расистами. И вот даже через год после того, как ситуация в Европе была признана катастрофой, военно-морские патрули в южном Средиземноморье продолжали забирать людей тысячами. Действительно, по данным собственных агентств ЕС, число мигрантов, прибывших в Италию в июле 2016 года, на 12 процентов превысило показатели июля 2015 года. Спустя год после того, что должно было стать пиком, более десяти тысяч человек были подобраны у побережья Северной Африки всего за 48 часов. Всякий раз, когда СМИ сообщали об этих событиях, они описывали мигрантов как «спасенных» или «спасшихся» из Средиземного моря. В большинстве случаев европейские суда просто подплывали все ближе к североафриканскому берегу и забирали людей из лодок, на которых они были высажены несколькими минутами ранее. Но на самом деле подразумевалось, что их «спасают» и «вызволяют» из ужасных ситуаций, из-за которых они изначально отправились на лодках. И, как и прежде, все детали не имели значения.

Среди отсутствующих деталей был тот факт, что в потоке мигрантов в Италию почти не было сирийцев, участвовавших в гражданской войне. Вместо этого они почти все были молодыми африканцами из стран южнее Сахары. Еще один момент, который мог бы заинтересовать, заключается в том, что то, от чего они бежали, вполне возможно, было не хуже того, от чего сотни миллионов других людей захотят бежать в ближайшие месяцы и годы. Как только мигранты были «спасены», доброжелательные европейцы, призывавшие продолжать эту политику, потеряли интерес к своим новым прибытиям. Когда кризис 2015 года был в самом разгаре, многие люди в Великобритании, от лидера Шотландской националистической партии до теневого министра внутренних дел Лейбористской партии, а также многочисленные актеры и рок-звезды, заявили, что приняли бы у себя семью беженцев. Более года спустя ни один из этих людей так и не сделал этого. Как и в случае с щедростью и благожелательностью во время кризиса, легко было ожидать, что другие проявят благожелательность от вашего имени, как только вы дали понять, что вы на стороне бедных и угнетенных людей Земли. Последствия вашей благожелательности можно было оставить на усмотрение других.

Фактические детали оставались такими же тревожными и плохо организованными, как и прежде. В сентябре 2016 года, через месяц после моего последнего пребывания на Лесбосе, мигранты, находившиеся в Мории, сожгли лагерь. Искрой могло послужить практически все, что угодно. Люди оставались там почти полгода, пока другие европейские страны, которые все еще настаивали на важности спасательных миссий, закрывали свои границы и оставляли Грецию разбираться с последствиями спасения. Среди обитателей лагеря ходили слухи о скорой репатриации в Турцию. Другие говорили, что беспорядки, приведшие к поджогу лагеря, были вызваны ссорами из-за очередей за едой. Причиной могло стать как это, так и разгоревшееся межэтническое насилие. На видео, снятом в момент поджога лагеря, слышны крики «Аллаху Акбар».

Через неделю после сожжения Мории я снова был в Германии. Повсюду были видны последствия прошлогоднего решения канцлера. По телевидению показывали комедийные шоу с участием мигрантов, которые развлекали небольшую аудиторию немцев перед камерами. Мигранты придавали потоку человеческое лицо, а их зрители отчаянно приобщались к этому зрелищу. Но телезвезда не была реальностью для подавляющего числа новоприбывших. В подвале одной евангелическо-лютеранской церкви в пригороде Берлина я обнаружил 14 беженцев, живущих на двухъярусных кроватях. Все мужчины в возрасте около двадцати лет, в основном из Ирана, приехали в 2015 году. Один из них признался, что заплатил 1200 долларов за переправу через море в Грецию и сначала добрался до Норвегии, но там ему не понравилось. Эти люди заявили, что приняли христианство, поэтому церковь предоставила им кров. Хотя их утверждения могли быть искренними, бизнес по обращению в христианство к этому времени превратился в хорошо известную шумиху. Заявление об обращении в христианство практически гарантировало, что прошение о предоставлении убежища будет удовлетворено.