Страшная тайна Ивана Грозного. Русский Ирод

Ченслор прыгать в реку категорически отказался.

   — Воды холодной боится, что ль? — подивился Никита.

Оказалось, нет, попросту не умеет плавать!

   — Моряк и не плавает?! — Такого холмогорцы не видывали, но снизошли и не стали держать голого англичанина на ветру, окатили холодной водой из ушата и потащили обратно в мыльню. Веники девки заходили вдвое быстрее, а пар заволок всё внутри настолько, что не было видно даже вернувшихся обратно Никиты с товарищами.

Когда слабеньких от полученного удовольствия Ченслора с товарищами привели в трапезную, они готовы были соснуть прямо на лавках. И снова не пришлось, рекой полились меды, на столах появились сытные закуски.

Воевода наказал Никите с толмачом не пить, а внимательно слушать, что станут болтать меж собой гости. Меды после баньки развязали морякам языки гораздо сильнее любого крепкого вина или грога. Но и тогда толмач не услышал ничего нового, англичанам попросту нечего было скрывать, они действительно приплыли разведывать новые земли и очень радовались, что открыли русские берега.

Воевода хохотал во всё горло:

   — Это как так «открыли»?! Это вы нас открыли?! Дурьи головы, да наши пушки не в пример лучше ваших!

Получилось, что Микулинский проболтался больше, чем спаиваемый им Ченслор, ведь о том, что русские уже обследовали английские пушки, никто из прибывших не знал. Хорошо, что пьяные гости ничего не поняли из речей русского воеводы, а толмач переводить не стал.

Утром, проснувшись от яркого солнечного луча, попавшего на лицо, Ченслор с изумлением обнаружил рядом с собой ту самую девку, что вчера рьяно работала вениками над его телом. Он принялся судорожно вспоминать, как она сюда попала и что было ночью. Не вспомнил, но потому, что девка вела себя спокойно, видно, не слишком буйствовал. Ричард, никогда не отличавшийся ханжеством, всё же не знал, как себя теперь вести. Выручила сама красавица, она тоже проснулась, видно, почуяв движение англичанина, повернулась на бок и уставилась на Ченслора, соображая, как с ним разговаривать. Он не знал русского, она — английского.

Немного подумав, девка откровенно махнула рукой и вдруг потянула руку Ричарда к себе. Одеяло сползло, открыв полное плечо и крупные груди с выступающими тёмно-красными сосками. Девка положила кисть Ченслора на грудь, тот почувствовал, что его бросает в жар от упругого крепкого тела, и потому не сопротивлялся. Красавице, видно, надоела нерешительность Ричарда, она вдруг прижалась всем телом к истосковавшемуся по женским прелестям моряку, обхватила того руками и ногами. Больше уговаривать не пришлось. Даже не задумываясь, что за этим последует, Ченслор перевернул девку на спину.

За дверью, прислушавшись к вскрикам, доносившимся из комнаты, слуга воеводы Микулинского Тетерев с усмешкой покачал головой: сильна Акулька, и сама вопит, и англичанина заставляет кричать от удовольствия! Экая девка, ни устатку в любовных утехах не знает, ни стыда. Всем известно, что лучше её никто в баньке вениками не похлещет, но и на перине тоже лучшая. Её бабы и били, и пытались в дёгте с перьями вывалять, а Акулька только мужикам с гордостью синяки показывала во всех местах, особо хвастаясь теми, что на груди да пониже боков. От такой демонстрации мужики входили в раж, и работы у Акульки только прибавлялось.

Ричард не задумывался о том, откуда взялась эта ловкая девка: варвары всегда норовят предложить гостям своих лучших красавиц, об этом моряк помнил. Но уже понял, что если вдруг она исчезнет, то ему будет очень не хватать этой груди, этих бесстыдно раздвинутых ног и этих жарких ласк заметно испорченной красавицы.

Немного придя в себя, Ченслор решил всё же познакомиться с девкой.

   — Ху а ю?

   — Чево?! — вытаращила на него глаза красотка.

Ричард понял, что надо переходить на жесты. Ткнув себя в грудь, он с гордостью произнёс:

   — Ай эм Ричард Ченслор! Ченслор! — И на всякий случай уточнил: — Ричард. Ай эм Ричард!

Девка оказалась сообразительной, так же ткнув себя в полную грудь, которая соблазнительно заколыхалась при этом, она объявила:

   — Акулька! Понял? А-куль-ка!

Ричард закивал:

   — А-куль-ка!

   — Ну вот и порядок! — объявила красавица и сползла с постели. Она стояла как была нагая, не стесняясь и не прячась. Спокойно переплела косу, потянулась к брошенной на пол рубахе, наклоняясь при этом. Ченслор не мог оторвать глаз от тонкой талии, крутых бёдер и того, что было меж ними. Когда Акулька наклонилась, откровенно показав все свои прелести ещё и сзади, Ричард не выдержал. Стоны удовольствия в комнате повторились.