Священная война

В классе было тепло, и его самого неумолимо клонило в сон. Гимназия Альбединской была старейшей в Форт-Россе. Построенное супругой первого губернатора Аляски, генерала от кавалерии Альбединского, здание по сей день впечатляло монументальным величием, свойственным не столько учебным заведениям, сколько дворцам. Говорили даже, что ученики, оставленные после уроков, видели на фоне заснеженных окон коридора строгую даму с веером, в сказочном старинном платье – точь-в-точь как на портрете, украшавшем мраморный актовый зал.

Сама устроительница и попечительница гимназии хотела, правда, назвать свое детище в честь Джона Бэзила Турчина, однако это название не прижилось.

– …Таким образом, в Вирджинии и Кентукки возникли новые очаги волнения…

– Ладно, хватит, садитесь, хорошо, – перебил учитель. – О восстаниях 1894 и 1914 годов мы поговорим на следующем уроке. Как и о марксистской революции 1917 года в Нью-Йорке. – Преподаватель кинул взгляд на часы, мерно тикавшие аккурат под официальным портретом императора Николая III в форме лейб-гвардии Аляскинского сводно-егерского полка. – Сейчас будет звонок, можете начинать собираться.

– Александр Николаевич, можно вопрос? – севший было Игнатьев потянул руку вверх.

– Да, слушаю вас.

– А вот скажите пожалуйста, что было бы, если бы вдруг победили северяне?

Александр Николаевич снял очки, аккуратно сложил их на пухлом учебнике истории континента, провел рукой по бакенбардам, недавно снова вошедшим в моду, и проговорил – назидательно и чуть насмешливо:

– Видите ли, Игнатьев, во-первых, истории в сослагательном наклонении не существует. А во-вторых, как мы уже установили, для такой победы не было ни малейших исторических предпосылок.

Павел Николаев

Запад-Восток

1 сентября 1945 года

Уже шесть лет война окутывала почти весь мир, и не было ей конца…

Маленький катер, покачиваясь на волнах, направлялся к ударному авианосцу ВМФ США «Шангри-Ла». В темноте слышатся голоса моряков:

– Принять швартовы!

– Кого везем, букашки?

– Новоиспеченных летунов!

– Ого!

– Ага!

Дальше все стихло, катер приглушил двигатель и пристал к авианосцу. Вниз подали трап.

– Осторожней, воробьи! Смотрите, не поскользнитесь!

По трапу стали подниматься двое человек. Их встречали радостным улюлюканьем и похлопыванием по плечу. Верхняя палуба корабля была озарена светом прожекторов, откуда-то сбоку послышались звуки фокстрота. Словно в жилы корабля влилась новая кровь, и он весь ожил, показывая все своу радушие и гостеприимство.

– Слышишь, Билли, а мне тут нравится!

Билли – это зеленоглазый парень из Кентукки, недавно окончивший летную школу ВМФ. А теперь он стоит на средней палубе авианосца «Шангри-Ла» и слушает впечатления от прибытия на корабль своего закадычного приятеля Гарри Сильвиуса, кареглазого брюнета с темными бровями, сросшимися на переносице.

Ах да, мы забыли фамилию Билла. Его фамилия, она же и позывной – Дарт.

Оба приятеля попали в одну эскадрилью – и теперь, теребя в руках свои направления на службу, принялись разыскивать VBF-8.[114] Билли остановил мимо проходящего матроса.

– Прости, приятель, а где тут восьмая истребительная?

– Вам нужна восьмая истребительная?

– Да, мы переведены туда.

– Вам надо на одну палубу ниже, пройдете по коридору и налево.

– Спасибо!

– Нет проблем, добро пожаловать в сказочную страну Шангри-Ла.[115]

Воспользовавшись советом моряка, вскоре Билл и Гарри оказались перед командиром VBF-8 капитаном Генри Стивенсоном. Мужчина лет тридцати, явно поведавший не один бой и имеющий на счету несколько сбитых японских самолетов, был хорошо выбрит, носил короткую прическу, а его лицо украшал длинный шрам. Словом, выглядел истинным воякой – настоящим летчиком палубной авиации.

– Значит, окончили ускоренный курс летной школы ВМФ в Майами Опа-Лока на истребителе «Корсар»,[116] – перелистывал капитан дела молодых пилотов.

– Так точно, сэр!!! – хором выпалили оба парня.

– Хорошо, что на «Корсарах», именно на них вам и предстоит воевать против косоглазых. Но плохо, что ускоренный. – Капитан обратился к матросу, что был при нем в качестве ординарца: – Бенкинс!

В каюту капитана Стивенсона вбежал матрос.

– Позови Шефа!

Ординарец исчез в коридоре так же быстро, как и появился.

– Значит, окончили летную школу старины Мак-Милана? Билл и Гарри переглянулись.

– Да, сэр!

– Ладно, расслабьтесь, это вам не учебка. Среди своих зовите меня просто «кэп». Я думаю, объяснил понятно.

– Ясно, Кэп!

В каюту зашел коренастый лейтенант с трехдневной давности щетиной. Он небрежно козырнул двумя пальцами капитану.

– Кэп.

– Шеф, вот эти парни прибыли к нам в качестве пополнения. Сейчас отведешь их в каюту Лиса и Бонни, а завтра с утра будешь отрабатывать с пополнением взлет-посадку на наше корыто.

– Ясно, Кэп.

Шеф оценил парней взглядом и кивком пригласил последовать за ним.

Парни пристроились «на шесть часов»[117] к Шефу, следуя по коридору авианосца за его широкой спиной. Вдруг Шеф остановился.

– Вот ваша каюта, располагайтесь.