Читаем Тайна долгожителя Жанны Кальман полностью

Вот российские журналисты спрашивают у этого демографа: а кто бы мог дать полезную информацию про работу русских по рекорду Жанны Кальман: «Если вы планируете брать интервью у других экспертов, рекомендую обратиться к профессору-геронтологу Павлу Воробьеву, известному геронтологу Борису Каурову и исследователю рекорда долголетия Жанны Кальман Юрию Дейгину, которые могут дать квалифицированный отзыв. Из зарубежных учёных можно обратиться к британскому геронтологу Тому Кирквуду, который ещё в 1999 году обсуждал гипотезу замены дочерью умершей матери в рекорде долголетия Жанны Кальман в своей книге». Удивительно? А по моему мнению, уже нет!

Заметьте, российских журналистов наш демограф из Чикаго отсылает к людям, которые никакого отношения к моей клинической профессиональной и экспертной оценке и работе с архивами Зака не имеют. Господин из Чикаго нарушает все принципы добропорядочности науки – он вместо реальных исследователей журналистам подставляет только тех, кто ему нужен. Это его подставные лица. Подставные работы. Подставная жизнь.

По тому, как сей шарлатан быстро выложил свою статью в научный журнал PLOS – это его стандартный метод. Но это не просто плагиат – это изощренно подготовленный плагиат. Когда берут под свою статью, основанную из чужих данных, но подкладывают подстилку из плагиата, но не своего, а чужого, но на который теперь можно сослаться, причем этого автора плагиата сами же тщательно и готовят – это изощренная и непростая механика.

Его идея в том, чтобы показать всему миру, что он и тут великий, и вообще в России никто в геронтологии не понимает. Одновременно нужно сказать (как я предполагал, так и произошло), что валидаторы молодцы, дайте поэтому грант ему. Именно он ваша надежда и опора.

Мамука Барамия, геронтолог член секции геронтологии МОИП при МГУ: «Хотел промолчать, но, каюсь, не могу сдержаться. Так вот, беда не в этих чикагских демографах, а во вполне отечественном укладе, простите за жаргон, «кидать» своих из-за банальной зависти или просто по принципу «моя хата с краю» или по чеховской классике – как бы что не вышло. Ну и особняком, и тоже вполне традиционно – банально по глупости. «Свет мой, зеркальце, скажи… «А танго с граблями и блуждание по лабиринту (как у Джерома) продолжаются, и даже намеков нет на выздоровление…».

Вы скажете: а не много ли чести еще одному авантюристу, только теперь от науки. Но нет, это еще один показатель чем занимается геронтология. Пустой болтовней, самоцитированием, проеданием грантов. Для этого используются приличные журналы, которые печатают подобных шельм и прохиндеев. Нет, нет и нет! Тут показано как эти люди не только создают липовые темы, причем на ровном месте, но и как мешают другим ученым. Причем сознательно и идя на любые ухищрения, даже если это мешает имиджу страны под названием Россия.

Мораль и наука в данном конкретном примере поведения чикагского условного «гангстера» от науки вошли в прямой конфликт, и, как оказалось, тут проиграла именно наука. «Её просто не стало, перед нами голый король, но насколько голый мы это еще увидим», – сказал князь Тьмы.

Демограф Мишель Пулен написал, что он будет поддерживать любую инициативу по повышению достоверности проверки возраста любого из случаев, в том числе Жанны Кальман. Все были рады, что появились неизвестные ранее данные. Но только демографы из Чикаго строили свои планы. Их не интересуют чужие успехи, их не интересует наука. Их интересует только их достижения в науке. Любыми средствами и силами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Первые леди Рима
Первые леди Рима

Супруги древнеримских императоров, дочери, матери, сестры — их имена, многие из которых стали нарицательными, овеяны для нас легендами, иногда красивыми, порой — скандальными, а порой и просто пугающими.Образами римских царственных красавиц пестрят исторические романы, фильмы и сериалы — и каждый автор привносит в них что-то свое.Но какими они были на самом деле?Так ли уж развратна была Мессалина, так ли уж ненасытно жаждала власти Агриппина, так ли уж добродетельна была Галла Плацидия?В своем исследовании Аннелиз Фрейзенбрук ищет и находит истину под множеством слоев мифов, домыслов и умолчаний, и женщины из императорских семей — умные интриганки и решительные честолюбицы, робкие жертвы династических игр, счастливые жены и матери, блестящие интеллектуалки и легкомысленные прожигательницы жизни — встают перед нами, словно живые.

Аннелиз Фрейзенбрук

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История
Письма к Вере
Письма к Вере

Владимир и Вера Набоковы прожили вместе более пятидесяти лет – для литературного мира это удивительный пример счастливого брака. Они редко расставались надолго, и все же в семейном архиве сохранилось более трехсот писем Владимира Набокова к жене, с 1923 по 1975 год. Один из лучших прозаиков ХХ века, блистательный, ироничный Набоков предстает в этой книге как нежный и любящий муж. «…Мы с тобой совсем особенные; таких чудес, какие знаем мы, никто не знает, и никто так не любит, как мы», – написал Набоков в 1924 году. Вера Евсеевна была его музой и первым читателем, его машинисткой и секретарем, а после смерти писателя стала хранительницей его наследия. Письма Набокова к жене впервые публикуются в полном объеме на языке оригинала. Подавляющее большинство из них относится к 1923–1939 годам (то есть периоду эмиграции до отъезда в Америку), и перед нами складывается эпистолярный автопортрет молодого Набокова: его ближайшее окружение и знакомства, литературные симпатии и реакция на критику, занятия в часы досуга, бытовые пристрастия, планы на будущее и т. д. Но неизменными в письмах последующих лет остаются любовь и уважение Набокова к жене, которая разделила с ним и испытания, и славу.

Владимир Владимирович Набоков

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Документальная литература / Прочая документальная литература / Документальное