Читаем Тайна долгожителя Жанны Кальман полностью

Заявление автора ложного рекорда Кальман о том, что исследование членов секции геронтологии МОИП при МГУ финансировалось Google, Apple, Facebook, Amazon говорит только о малой его вменяемости на сегодня. И конечно, тут стоит вспомнить о косвенно нанесенном их рекордом ущербу общественному здоровью и долголетию всего мира.

Де Грей

…по-английски произнесут, как следует птице, и даже физиономию сделают птичью, и даже посмеются над тем, кто не сумеет сделать птичьей физиономии…

Н. В. Гоголь. Мертвые души

Удивительно, если приоткрыть дверь в прошлое с позволения Его Величества Времени, то можно увидеть, как один французский демограф Жан-Мари Робин более четверти века говорит о наследственном компоненте долголетия Кальман, источником которого могут быть только гены, но ни разу и нигде не обмолвился, что есть ДНК Кальман. Может главное сказать, что ты знаешь, что есть ключ от потайной двери в долголетие человечества, но не пытаться её открыть? Но тогда можно ожидать, что придет человек в броне огненной, который захочет открыть эту дверь.

Вот письмо от читателя: «У этой русской версии очень хорошо оцениваемая, даже как видно из логики событий, реальность. Фактура говорит сама за себя. Уж очень рьяно сопротивляются французы возможности докопаться до истины. Прованс, идиллия, безмятежность жизни – и вдруг скандал, «клиническое несоответствие», который эту прелестную жизнь портит. А денежки в деле давно, кстати».

Итак, уважаемый мой читатель. Перейдем к делам наших дней. Фонд Жана Дауссе – это частный центр генетических исследований в Париже, отказывается подтверждать, что хранит кровь Жанны Кальман. Фонд имеет коллекцию биологических образцов, которые может использовать для исследований в анонимных условиях. Но Франсуа Шехтер, ученый, который в 1990-х годах основал этот проект Chronos, подтвердил, что у лица Жанны Кальман, была взята кровь и извлечена ДНК.

И тут, в январе 2019 года в нашей пьесе появляется новое действующее лицо – британец Обри де Грей. Он лидер всемирного биохакерского движения. Такой бородач, похожий на старика Хоттабыча из сказки. Появление данной колоритной фигуры на нашей сцене – уже само по себе очень интересное событие. «В интересах спасения жизней, узнать больше о старении, чтобы в конечном итоге отложить старение – это на самом деле очень важно», – говорит Де Грей о том, зачем нужен анализ ДНК Жанны Кальман.

Некий посыл, который де Грей подает всему миру как рабочую гипотезу, состоит в том, что уже сегодня технологии совершенствуются быстрее, чем накапливаются повреждения в организме.

Несмотря на мое категорическое неприятие позиции Обри де Грея и позиции современного биохакинга, тем не менее, я считаю его интересным и значимым человеком, который уже оставил свой след в нашем времени.

Я считаю всё, что он делает никакого отношения к науке геронтологии не имеет, поэтому все его шаги, напоминают мне только бесконечное шоу.

Рука, протянутая, чтобы сделать своё шоу ещё ярче – забавна, как минимум.

Однако, он сразу и беспрекословно напечатал статью Зака в своем журнале Rejuvenation Research. Однако, моё отношение к новому персонажу не изменилось… может быть он и достойный парень, но зачем он выясняет, есть ли наследственный компонент в долголетии Жанны, если самого заявленного долгожительства не было? Или кто-то еще сомневается?

Тем более, что главный хакер планеты пригласил участвовать в своей какой-то тусовке почему-то блогера, который никакого участия не принимал в работе и просто совершенно беспардонным образом начал печатать данные Зака от своего имени. Или таким образом, что упоминал, что «свою работу» он вёл с согласия Новоселова и Зака.

Какое согласие? Это всего один из журналистов и блоггеров, которого я пригласил для освещения работы. И единственный в мире, кто стал печатать статьи от своего имени, как от автора. Немаловажно отметить, что как только он понял, что просто так перепечатывать нельзя, этот прохиндей добавил уши, т. е. стал говорить о том, что он обнаружил, что у Жанны другие уши в отличие от Ивонн.

Но дело в том, что фотографий, по которым можно сравнить уши, просто отсутствуют. Есть несколько старых фотографий, где есть Ивонн с закрытыми волосами ушами. Это только подорвало интерес серьезных геронтологов и привело к тому, что данного человека заметили исследователи из Чикаго, которые построили свою карьеру на заимствовании чужих идей. В случае судебных разбирательств он показал бы, что его пригласили напечатать статью, и он вот так понял.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Первые леди Рима
Первые леди Рима

Супруги древнеримских императоров, дочери, матери, сестры — их имена, многие из которых стали нарицательными, овеяны для нас легендами, иногда красивыми, порой — скандальными, а порой и просто пугающими.Образами римских царственных красавиц пестрят исторические романы, фильмы и сериалы — и каждый автор привносит в них что-то свое.Но какими они были на самом деле?Так ли уж развратна была Мессалина, так ли уж ненасытно жаждала власти Агриппина, так ли уж добродетельна была Галла Плацидия?В своем исследовании Аннелиз Фрейзенбрук ищет и находит истину под множеством слоев мифов, домыслов и умолчаний, и женщины из императорских семей — умные интриганки и решительные честолюбицы, робкие жертвы династических игр, счастливые жены и матери, блестящие интеллектуалки и легкомысленные прожигательницы жизни — встают перед нами, словно живые.

Аннелиз Фрейзенбрук

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История
Письма к Вере
Письма к Вере

Владимир и Вера Набоковы прожили вместе более пятидесяти лет – для литературного мира это удивительный пример счастливого брака. Они редко расставались надолго, и все же в семейном архиве сохранилось более трехсот писем Владимира Набокова к жене, с 1923 по 1975 год. Один из лучших прозаиков ХХ века, блистательный, ироничный Набоков предстает в этой книге как нежный и любящий муж. «…Мы с тобой совсем особенные; таких чудес, какие знаем мы, никто не знает, и никто так не любит, как мы», – написал Набоков в 1924 году. Вера Евсеевна была его музой и первым читателем, его машинисткой и секретарем, а после смерти писателя стала хранительницей его наследия. Письма Набокова к жене впервые публикуются в полном объеме на языке оригинала. Подавляющее большинство из них относится к 1923–1939 годам (то есть периоду эмиграции до отъезда в Америку), и перед нами складывается эпистолярный автопортрет молодого Набокова: его ближайшее окружение и знакомства, литературные симпатии и реакция на критику, занятия в часы досуга, бытовые пристрастия, планы на будущее и т. д. Но неизменными в письмах последующих лет остаются любовь и уважение Набокова к жене, которая разделила с ним и испытания, и славу.

Владимир Владимирович Набоков

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Документальная литература / Прочая документальная литература / Документальное