Так вышло: 29 вопросов новой этики и морали

Андрей: Мне кажется, он клевый чувак. У меня есть любимая сцена из кинофильма «Люди в черном», когда Уилл Смит в учебном тире должен пройти испытание и подстрелить самого опасного противника, которого увидит. Вокруг него множество монстров – они вылезают из окон, качаются на фонарях, он ни в одного из них не стреляет, а убивает восьмилетнюю девочку с учебником по квантовой физике. И когда его спрашивают, почему он не убил ни одного монстра, он говорит: «Я посмотрел, они просто на фонаре подтягиваются, чего я им буду мешать». Действительно, что еще делать в гетто, населенном монстрами. Терешин для меня как раз один из тех, кто подтягивается на фонаре. Даже обсуждать его с этической точки зрения странно. В конце концов, тысячи людей занимаются вредными для здоровья вещами с целью прославиться. Бейсджамперы, например, или арктические исследователи.

К: Тут важен вопрос популяризации. Терешин стал звездой, он зарабатывает. Как экспонат кунсткамеры или бородатая женщина, на которых все глазеют, и за это платят.

А: Мы все герои кунсткамеры. Нас много миллионов в одном городе. Мы хотим как минимум выделиться. Например, мы с тобой обсуждаем героя ток-шоу, чтобы самим прославиться.

К: Ты хочешь сказать, что мы ничем не лучше. Между прочим, у нас тоже есть особенности внешности, и мы с тобой их толерантно друг в друге не замечаем. А раз так, то мы не должны замечать, что у Терешина два надутых шарика вместо рук.

А: Если ты встретишь его на приеме в английском посольстве, это будет самое приличное, что ты можешь сделать. Ты же не будешь говорить «О, какие у вас руки-базуки», точно так же, как ты не скажешь «Какой чудесный пивной животик!». Но ему же нравится, что он сделал со своим телом, он гордится им. Значит, нужно не просто заметить его усилия, но и подбодрить его: «Чувак, поднажми, два сантиметра осталось».

К: То есть все нормально? Даже если человек решит раскроить себе череп, чтобы увеличить число подписчиков в инстаграме, и будет вытаскивать кусок мозга и махать им тем, кто заплатит 3500 рублей? Это тоже нормально? И мы просто должны сказать: «Его череп – его дело»?

А: Маме Терешина, судя по ток-шоу, не нравится, чем он занимается. Она считает, что он не прав, и пытается бороться с его наклонностями. Ну и слава богу, потому что она его любит. Но мы-то тут при чем? Любой человек так или иначе калечит себя ради славы, успеха и самореализации. Кто-то не спит ночами и работает (таких людей мы знаем много) – это тоже вредно. Недавно я читал про японцев, которые умирают на работе от переутомления. Еще непонятно, что опаснее – Терешин только руками рискует.

К: Но разве мы как члены общества не должны ему помочь? Например, придумать систему, при которой вредить себе будет лишено смысла.

А: Если так, у нас должна быть позитивная программа. Мы не можем прийти к человеку и просто запретить ему закачивать в бицепсы ядовитые вещества. Мы должны что-то предложить взамен. И вряд ли его заинтересует место на заводе или работа в полиции Пятигорска.

К: Вряд ли. Прежде чем что-то предлагать, нужно определиться, чего же мы как общество хотим от отношений человека с его телом. Должны ли мы следить за тем, чтобы тело оставалось здоровым? Или принимать его в любом виде? Мы же осуждаем наркоманию и алкоголизм.

А: Важное отличие Терешина от алкоголика, который убивает свое здоровье, состоит в том, что Терешин много сил и много воли тратит на то, что он делает со своим телом. Это его осознанный выбор.

К: Тогда скажи мне, отличается ли Терешин от следующего нашего героя, Сергея Фаге.

Кейс № 2

Бизнесмен Сергей Фаге опубликовал текст про биохакинг, где рассказал, что потратил на усовершенствование своего тела 200 000 долларов и не собирается на этом останавливаться[51]. Фаге вычислил для себя оптимальные нагрузки, количество сна и питания, пьет таблетки, витамины, биодобавки и считает, что он таким образом делает свое тело более совершенным и может прожить до 120 лет. Текст Фаге вызвал бурную дискуссию, в том числе среди врачей. Был даже опубликован медицинский разбор биохакинга – его суть сводится к тому, что никакой доказательной базы во всем, что делает Фаге, нет.

Андрей: Это совсем другая история. В отличие от Кирилла Руки-базуки, который совсем не претендует на высокое научное знание, Фаге эффектно подает себя. Он, очевидно, высокофункциональный, интеллектуальный человек, пользующийся уважением в обществе. Он говорит про биохакинг научным языком и ссылается на серьезные исследования. Но в целом выступление Фаге абсолютно псевдонаучно. Например, он рассказывает, что в 2016 году дали Нобелевскую премию человеку, который открыл, что голодание помогает бороться с раковыми клетками.

Катя: Это называется фастинг.

А: И это просто ложь. Нобелевскую премию дали за важное научное открытие, которое совсем не про это.

К: Зато вполне соответствует модным тенденциям, распространенным в Кремниевой долине, – даже Стив Джобс на ранних стадиях лечил свой рак фруктоедением.