Танины тополя

«Мама, милая мама, теперь я снайпер. Умею держать в руках оружие и знаю, для чего оно предназначено. Завтра еду на фронт, и мне так много хочется сказать тебе, мама. Я знаю, как было тяжело тебе, когда умер отец. Но ты не поддалась тяжелому горю, не замкнулась в себе. Ты помнила о своем долге, и это чувство делало тебя необычайно сильной. Ты всегда старалась воспитать и сохранить в нас, твоих детях, самое лучшее. Работать, учиться, не унывать! — только это мы слышали от тебя. Себя помни, но о других не забывай никогда — часто повторяла ты.

Мама, я словно вижу тебя: твои добрые и умные глаза, до боли родные и знакомые морщинки на твоем лице, рано побелевшую голову. Много сединок твоих приходится, наверное, и на мою долю. Прости мне мои детские шалости, слышишь, мама?..

Мама, дорогая! Помнишь, я часто повторяла слова Короленко: «Человек создан для счастья, как птица для полета». Я убеждена, что не может быть счастья, если его не сделаешь своими руками, не согреешь живым теплом, не отдашь ему бо́льшую часть горячего сердца, а может быть, и все целиком.

Война идет священная, война не на жизнь, а на смерть. И если уж мне придется погибнуть, знай, что я погибла счастливой: умереть, достойно защищая родную землю, — это ведь тоже счастье, которое дается не каждому…»

2

Три долгих года хозяйничал враг на земле Белоруссии. Нельзя сказать, чтобы фашисты свободно разгуливали по этой земле, нет: десятки партизанских отрядов вели успешные действия и не давали гитлеровцам покоя ни днем, ни ночью.

Много горя принесли фашистские варвары советским людям: убивали, грабили, жгли, насиловали. Но пришло время возмездия. Теперь против немецкой группировки в Белоруссии встали перед Витебском, Оршей, Могилевом войска трех Белорусских фронтов, готовясь к решающей битве за освобождение от оккупантов всей республики.

Наша 33-я армия занимала перед наступлением рубеж Ленино — Дрибин, на северо-востоке Могилевской области. Сюда, а точнее — в деревню Соколовка, в начале апреля 1944 года прибыло пополнение из 42 девушек-снайперов, которые начали действовать в составе 252-го стрелкового полка. В числе этих снайперов была Татьяна Барамзина.

Уже 10 апреля она написала родным такие строки:

«Привет с фронта, дорогие мои. С 3 апреля на фронте. Нахожусь на белорусской земле. Наша армия стоит в обороне.

Встретили нас хорошо. 8 апреля первый раз попала я на передовую позицию. В этот день я убила двух фрицев. После первого фрица у меня дрожали руки и билось сердце, но вскоре все прошло, и у меня появилось желание бить и бить их как можно больше. На нашем фронте все спокойно, идет ружейная и пулеметная перестрелка. «На охоту» уходим в три часа утра. Вчера я убила еще одного фрица.

Мама, обо мне не беспокойся, все идет хорошо. В наступление ходить мы не будем, а если потребуется, то, конечно, пойдем и будем выполнять так, как положено, боевую задачу. Если долго не будет писем, пиши на штаб полка. Полевая почта № 02263 «О». С приветом Таня».