Травма и исцеление. Последствия насилия – от абьюза до политического террора

«Давным-давно чудесную маленькую девочку наградили званием “параноидная шизофреничка”… Этот ярлык стал тяжким бременем. Прокрустовым ложем, в которое я всегда идеально помещалась, поскольку никогда не росла… Меня словно запеленали, связали по рукам и ногам. «Вы ошибаетесь. Когда мне ставили диагноз “параноидная шизофрения”, я не могла тепло взглянуть в честные глаза доктора и сказать: “Вы ошибаетесь. Просто вся моя жизнь переполнена горем, но ничего страшного”».

Эти пугающие слова каким-то образом оказывались в моей утренней каше, пропитывали мою одежду во время стирки. Я чувствовала их в тяжелых взглядах, в руках, которые ненароком опускались. Я видела эти слова в отвернувшемся лице, в незаданных вопросах, в тщательных, неоднократных попытках загнать меня в рамки концепции, которую сокращали и упрощали ради моего же блага. Годы проходят. Они идут дальше. Этот навязчивый рефрен стал моим образом жизни. Ожидания на паузе. Прогресс с ностальгией оглядывается назад. И все это время на груди пригрета змея, спряталась, свернувшись в сердце.

Наконец сны стали вырываться на свободу, приободренные свежестью нарастающего тихого голоса. Я увидела часть того, что никогда не могли передать эти невысказанные слова. Я увидела маску. Она была похожа на меня. Я сняла ее и узрела горстку сгрудившихся, перепуганных людей, которые жались друг к другу, пряча ужасные тайны…

Слова “параноидная шизофрения” начали вставать на место, буква за буквой, но выглядели они как чувства, мысли и поступки, которые вредили детям, и лгали, и покрывали бесчестье и ужас. Я начала понимать, что этот ярлык, этот диагноз был сработан вручную, точь-в-точь как буква А, которую Эстер Принн вышивала у себя на груди… И все эти дни, все эти вышитые часами напролет другие слова отпихивали в сторону тот значок, тот ярлык, тот диагноз. “Вредить детям”. “То, что непристойно”. “Женщины с женщинами и мужчины с мужчинами, делающие то, что непристойно”.

Я махнула рукой на свою параноидную шизофрению, упаковала ее в сверток вместе со своими проблемами и отослала в Филадельфию»[442].

Часть II. Стадии восстановления

Глава 7. Целительные отношения

Главные составляющие опыта психологической травмы – это лишение власти над своей жизнью и разрыв связей с другими. Поэтому основа восстановления – возрождение полномочий владеть своей жизнью и создание новых связей. Восстановление может иметь место только в контексте отношений; в изоляции оно происходить не может. В возобновленных связях с другими людьми люди, пережившие травмирующий опыт, воссоздают психологические навыки, которые были из-за него утрачены. В их число входят базовые способности к доверию, автономии, инициативе, компетентности, самоидентификации и близости[443]. Как эти способности изначально формировались в отношениях с другими людьми, так и теперь они должны заново сформироваться в подобных же отношениях.