Треблинка. Исследования. Воспоминания. Документы

Ответ: Как я уже говорил, что я сам видел, как в лагерь ежедневно прибывало несколько эшелонов с евреями. Эшелоны, как правило, составом не менее как из 60 вагонов. В каждом вагоне было не менее 100 человек. Таким образом, ежедневно прибывало до 15–18 тысяч человек. Всех этих людей гнали в раздевалки, где они раздевались догола. Затем гнали в баню. Женщинам перед этим стригли волосы, для чего в женской раздевалке имелось несколько парикмахеров-евреев. Волосы эти собирали и куда-то увозили. Из женской раздевалки в «баню» вел узкий коридор из колючей проволоки, обвешанный елками, по которому всех людей и гнали в «баню». Где располагалась эта баня, каково ее устройство и как происходило истребление в ней людей, я не знаю, так как около нее не был, но из рассказов евреев Гольдфарба, Кортнитского и других, мне незнакомых, работавших около «бани», я знаю следующее: коридор из раздевалки был длиной метров 50–60 и вел прямо к двери в «баню», голых людей гнали по этому коридору. В одном месте около коридора было маленькое здание, куда все сдавали документы и ценные вещи. В коридоре находилось много вахманов и СС-овцев с плетками и палками, которые зверски избивали проходивших мимо людей, заставляя их идти быстрее. По этому коридору люди шли прямо в «баню», которая представляла из себя длинное здание с коридором посередине. По бокам коридора были камеры, куда и загоняли людей. Сколько камер, я не знаю. В каждую комнату из коридора вела дверь, плотно закрываемая. Такие же двери были из каждой камеры на улицу. В каждую камеру загоняли до 450 человек. Затем закрывали двери и заводили мотор, от которого в камеры шла труба. Что это за мотор и каким газом душили людей, я не знаю. Были люди в камере непродолжительное время, а затем открывали наружные двери и из камер вытаскивали трупы, так как все люди умирали, и прежде чем отнести трупы в яму, у них вырывали золотые зубы. Все трупы сбрасывались в громадные ямы, где и закапывались. Так продолжалось до конца 1942 г[ода], а затем в лагерь привезли две землечерпательные машины, которыми стали раскапывать ямы и трупы сжигать. С этого времени над лагерем день и ночь поднимались столбы черного дыма. Кругом стоял невыносимый запах разложившихся трупов. Сжигание трупов продолжалось до конца существования лагеря. Удушенных людей больше уже не закапывали, а сразу же сжигали. Первоначально сжигание трупов производилось прямо в ямах, но так как это было медленно, то построили специальные рельсовые решетки на камнях, на которые и ложили трупы. При этом способе трупы сгорали быстро. По рассказам этих же евреев, ежедневно сжигали много тысяч трупов. Пробыл я в лагере до августа 1943 года и во время восстания в лагере 2 августа 1944[744] г[ода] вместе с другими евреями из лагеря бежал и 11 месяцев до прихода Красной Армии скрывался в лесу. Подготовка к восстанию началась с апреля месяца 1943 г[ода]. Разными способами доставали оружие. Значительную часть оружия достали через вахманов, которым за это давали золото. В каждой рабочей команде была создана группа, где каждый имел свои обязанности, обезоруженная команда делала проходы в проволоке. Я находился в рабочей команде лесорубов, был вооружен топором и должен был делать проход в проволоке. О подготовке восстания знали оба лагеря, т. е. и рабочий лагерь, связь с которым мы держали через плотника Верника[745], который, будучи хорошим плотником, строил дома в лагере и имел доступ в лагерь смерти. О сроке восстания и сигнале в рабочий лагерь было сообщено следующим образом. Верник в это время что-то строил, и ему понадобились доски, которые находились в «лагере смерти». Он стал спрашивать доски, и ему их принесли. Желая во что бы то ни стало попасть в наш лагерь и устроить связь, Верник эти доски забраковал и стал просить, чтоб ему разрешили самому сходить в «лагерь смерти» и выбрать нужные доски, что и было разрешено. Придя в наш лагерь, Верник долго выбирал доски, так как кругом было много вахманов, и, улучив удобный момент, ему был сообщен сигнал, и 2-го августа 1943 г[ода] днем по выстрелу началось восстание. Охрана была быстро обезоружена. Брошенной в бензосклад гранатой был зажжен бензин, и в лагере начался большой пожар, что еще больше усилило панику. Сразу же по сигналу я бросился рубить заграждение, проделал проход и через него бежал. В этот проход убежало еще много рабочих. Всего было сделано несколько проходов. Когда вахманы и СС-овцы опомнились, то много народу уже из лагеря убежало. Сразу же начались погони и облавы, и при этом было убито и расстреляно очень много евреев. Проход в проволоке я делал около «лазарета».

Вопрос: Скажите, где сейчас находится Гольбард[746] и Кортнинский?

Ответ: Гольбард сейчас живет в гмине Стердынь, а Кортницкий вместе со мною в ф[ольварке] <Сибинов?> Соколувского повята.

Вопрос: Куда направлялась одежда уничтоженных в лагере смерти евреев?