Третья цифровая война: энергетика и редкие металлы

Другими словами, каждый американский политик знал о намерениях и махинациях Пекина и о том, что Магнекуэнч находился под прицелом китайских военных. И конечно, об этом знал Джордж Буш мл., который мог бы заблокировать в 2006 году перемещение завода из Вальпараисо в Китай (он был тогда президентом страны). Но Соединенные Штаты в то время вели мировую войну против терроризма, и любая угроза, не связанная с исламским фундаментализмом, Белый дом не интересовала. Участвуя в митинге в Индиане во время праймериз демократов, Хиллари Клинтон, проигравшая Бараку Обаме в 2008 году, также утверждала, что Буш «ничего не сделал», чтобы не допустить печальной судьбы Магнекуэнча. Некоторые эксперты по редким металлам подчеркивали тогда ее лицемерие, потому что именно ее супруг позволил несколькими годами ранее начать переговоры, закончившиеся продажей этого предприятия, несмотря на предостережения чиновников из Министерства обороны.

Но откуда такая беззастенчивость со стороны администрации демократов? Именно там берет начало поистине мутное дело Магнекуэнч. В то время, когда оно стало раскручиваться, уже началась серия передач технологий, посеявшая тревогу в американской оборонной промышленности, особенно среди производителей магнитов. Один из них, Стив Констинтинидис, рассказал нам об изумлении его коллег, когда они узнали, что Белый дом на протяжении трех-четырех лет снабжал Пекин конфиденциальной информацией об американских баллистических технологиях. Так, он утверждает, что «Соединенные Штаты делились с Китаем промышленными секретами, касающимися ракетных технологий. И именно Билл Клинтон заставил администрацию сделать это[367]». Но почему? «У каждого своя мотивация», – уклонился от ответа Стив Константинидис[368], не желая слишком откровенничать. Другие, такие как Питер Лейтнер, рассказывали (не приводя ни малейших доказательств) то, что и сегодня остается только на уровне слухов: «Поговаривают, что это решение было принято в обмен на взятку, которую китайская армия заплатила республиканцам, демократам, Белому дому и даже чете Клинтон».

Несколько документальных фильмов, в которых Питер Лейтнер впоследствии выступил одним из режиссеров, расследовали тайные связи между администрацией демократов и Пекином в 1990-е годы. Общеизвестно, что Китай, встав на сторону Билла Клинтона и вице-президента Альберта Гора, нашел возможность финансово поддержать Демократическую партию во время президентских перевыборов в 1996 году. Несколько посредников приняли вклад Китая, чтобы организовать фонд, хотя электоральный закон США запрещал всем неамериканским гражданам финансово вмешиваться в процесс выборов.

Среди этих посредников был таинственный человек, Джонни Чан (Chung). Гражданин Китая и США, он был настолько близок к супругам Клинтон, а его деятельность настолько неопределенна, что вскоре он приобрел репутацию одного из главных сборщиков средств в Китае для Демократической партии. Теперь ясно, что этот бизнесмен принес в Белый дом денежные суммы, косвенно переданные высокопоставленными лицами китайской армии.

Эти факты были разглашены американской прессой и упомянуты в документальном фильме, который Питер Лейтнер представил в качестве свидетельства[369]. В частности с ним согласился побеседовать Джеймс Вулси, директор ЦРУ (1993–1995), и Лейтнер спросил его, почему Билл Клинтон встретился с ним только два раза за два года, в то время как Джонни Чан за тот же период появлялся в Белом доме пятьдесят восемь раз. «Господин Вулси не смог ответить, – вспоминает Питер Лейтнер. – Он лишь сказал: «Таков календарь президента». Господин Чан мог даже сделать так, чтобы источник финансирования, высокий чин народной армии Китая, встретился с президентом США лично во время вечера сбора средств фонда в Лос-Анджелесе[370]. Но вскоре делом заинтересовалось правосудие[371]. Вашингтон Пост предал огласке опрос федеральных властей, указав на центральную роль, которую играло посольство Китая в Вашингтоне при координации попыток китайского вмешательства[372], так что Демократическая партия была принуждена вернуть миллионы подаренных долларов их многочисленным отправителям.

В связи с этим огромным скандалом, который окрестили «Чайнагейтом», последовали приговоры нескольким десяткам участников дела, среди которых был и посредник Джонни Чан. Но высокие персоны из Демократической партии не были даже допрошены, а Джейнет Рено, в то время министр юстиции, отказался назначить особого прокурора, чтобы пролить свет на эти происки. Интересно заметить, что в то время, когда президент Дональд Трамп сделал предметом тщательного расследования предполагаемые связи с Россией во время избирательной кампании 2016 года, он никогда, казалось, и не вспоминал о другом, доказанном скандале, в котором была замешана страна, намного более вредящая интересам Вашингтона.