Трудный выбор

– Нет. Эмберли более молчаливая, но не застенчивая. Ей требуется больше времени, чтобы решить, нравится ей человек или нет, а Кэйси часто полагается на интуицию. Если кто-то ей не понравится, ему будет трудно завоевать ее доверие и привязанность или изменить сложившееся мнение о себе. Шанс есть, но это сложно. Если кто-то не нравится Кэйси, она не может этого скрыть, а вот Эмберли так легко не разгадать.

– Великолепно. Супер. Просто замечательно. Спасибо, – шепчет Мэйси.

– Все будет хорошо. Главное, помни, что ты мне нравишься. Остальное не имеет значения.

Мы беседуем с Кэйси и Амброузом, показываем Мэйси дом, подходим к шведскому столу, и трудно в это поверить, но я начинаю чувствовать удовольствие и радость от вечера.

– Вы не видели Эмберли? Или маму с папой? – спрашивает Кэйси, явно начиная нервничать.

– Ты до сих пор ничего им не рассказала? – она качает головой.

– Что надо было рассказать? Про помолвку? – спрашивает Мэйси, и мы киваем.

– Родители слишком покровительственно относятся к моим сестрам. Они носят фамилию Айверсон, поэтому всем известно, кто они такие.

– Они бы оказали Амброузу холодный прием, если бы я представила его в самом начале.

– Понимаю, – говорит Мэйси, но в ее голосе слышна неуверенность. Неудивительно, я и сам не до конца понимаю, но мне приходится с этим жить.

– Кто сказал, что это меня бы остановило? – спрашивает Амброуз. Кэйси смотрит на него с удивлением, а потом начинает смеяться так, что ее щеки краснеют. Но неожиданно она обрывает смех и становится серьезной:

– А вот и они, легки на помине.

Я оборачиваюсь. К нам идет мама.

– Грант, Кэйси, наконец-то.

– Рад тебя видеть, мама, – преувеличенно бодро говорю я, и она улыбается, а потом обнимает меня.

– Очень рада вас видеть, – она приветствует и Кэйси, а затем смотрит на наших спутников.

Я переглядываюсь с сестрой, чтобы определить, кто из нас представит ее партнера, чтобы благополучно выбраться из этой ситуации. Вернее, чтобы могла выбраться Кэйси… и Амброуз.

– Мама, позволь познакомить тебя… – неуверенно начинаю я, но Кэйси прерывает:

– С моим женихом! – восклицает она, а мама выглядит так, будто ее ударили сковородкой по лицу. Я достаю телефон и делаю снимок. Как любящий сын и брат не могу поступить иначе.

– Что ты творишь? – спрашивает Мэйси.

– Запечатлеваю этот момент на века, – с улыбкой убираю телефон, а сестра бросает на меня злобный взгляд.

– Мама, это Амброуз Торн. Мой жених, – она сжимает его руку, и я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понять, она далеко не так спокойна, как кажется.

– Мистер Торн, – начинает моя мама и улыбается. Сдержанно, но вежливо. Нельзя вменять ей это в вину, новость ошарашила ее. – Рада познакомиться с вами. Могу я… – она сглатывает. – Могу спросить, как долго вы вместе?

– Миссис Айверсон, очень приятно познакомиться с вами. Хочу, чтобы вы знали: я желаю вашей дочери только самого лучшего. Мы…

– Вместе достаточно долго, мама, – тихо отвечает Кэйси, прерывая Амброуза, который почти ответил на вопрос. Я понимаю, почему сестра избегает прямого ответа: чтобы это не стало аргументом против их отношений. Кэйси подходит к маме, берет ее за руки и шепчет: – Я люблю его, мама. Я с ним счастлива.

Уверен, это и есть то, что поможет маме понять и принять выбор Кэйси.

Мама простит ее. В конце концов, по этой же причине она вышла замуж за нашего отца: любовь.

Мама улыбается, все еще смущенная.

– Не спрашиваю, почему я узнаю об этом только сегодня, у тебя наверняка найдется объяснение, – она отпускает руку Кэйси. Несмотря на улыбку, мамино разочарование очевидно. – Единственное, что сейчас готова сказать… я удивлена и не могу отрицать, твое отношение немного задело меня.

Мама всегда честная и прямолинейная. Кэйси знает это и понимает, что своим выбором причинила боль близким людям, но и мы должны принять это, нужно уважать ее решение.

Им придется справиться с этой болезненной для всех ситуацией, и маме понадобится некоторое время.

– Я буду очень рада, если вы придете к нам на Рождественский ужин. Эмберли тоже будет там. Тогда мы сможем узнать друг друга получше.

– С удовольствием, миссис Айверсон, – что еще остается сказать Амброузу? Не может же он заявить что-то вроде: «Пожалуйста, оставьте меня в покое и просто позвольте жениться на вашей дочери»? Это было бы что-то новенькое.

– Спасибо, мам, – говорит Кэйси, понимая, что это знак доверия. Уступка. Отец теперь не сможет их не пригласить, мы все знаем, что в этом доме заправляет мама.

– Твой отец будет…

– Что же я буду?.. – спрашивает он, одаривая маму той улыбкой, которая предназначена только ей.

– …удивлен, – мама пытается спасти ситуацию, зная, каким будет его ответ.

– В самом деле? Я люблю сюрпризы.

– Этот тебя вряд ли обрадует, – тихо бормочу я, и Кэйси сверлит меня сердитым взглядом.

– Привет, – здоровается с нами Эмберли, которая приехала вместе с папой, как и Фрэнк Грейсон, друг отца и один из партнеров в юридической фирме. Он для нас как дядя. Ворчливый, без чувства такта и стыда, но которого приходится терпеть на всех праздниках…

– Три незнакомых лица в компании.