Во владении М.И. Вернер находился участок № 3/5. Согласно ведомости 1911 г., участок принадлежал наследнице колониста Флейнгауз – сестре Шарлотте Кемпер. Кроме казенного полудома в саду находился собственный деревянный дом со службами. Участок № 3/6 принадлежал колонисту В.А. Веберу и его наследникам. После 1911 г. участок разделили на несколько частей между наследниками Вебера. Одним из правопреемников стал финский уроженец, студент Петербургского технологического института Э.А. Рут. Ему отошла часть с казенным полудомом. Эту стасовскую постройку, владельцами которой были семейства Вернер-Вебер, разобрали одной из первых, еще до 1917 г.
На части домовладения Веберов в 1910-е гг. возникла
Находился в общественном пользовании и сдавался под огороды участок № 4/8. Он должен был остаться в собственности Царскосельского дворцового правления. Его территорию использовали для проведения Ожаровской улицы, а оставшуюся землю разделили на 12 участков, которые предполагалось сдать в аренду под застройку с правом последующего выкупа. Относящийся к нему казенный полудом с мезонином (Московское шоссе, 16) предназначался для школы и конторских целей. Однако дети колонистов посещали приходскую школу при евангелическо-лютеранской церкви и другие учебные заведения Царского Села. Казенный полудом сдавался обществом колонистов в наем под дачу[235]. Долгое время здесь снимал дачу известный русский поэт, гофмейстер Императорского двора граф Арсений Аркадьевич Голенищев-Кутузов (1848–1913). На стихи Голенищева-Кутузова писали романсы композиторы Мусоргский, Рахманинов, Кюи, Аренский. В 1914 г. было опубликовано его собрание сочинений в четырех томах.
В 1915 г. этот полудом с прилегающими к нему двумя участками вдоль новой Ожаровской улицы по Высочайшему повелению предоставили в личное пожизненное пользование, в порядке исключения и с платой четыреста рублей в год, вдове поэта Ольге Андреевне. В ее прошении говорилось о необходимости сохранения дома как памятника царскосельской старины и места жительства поэта. Сохранение этого дома особо выделялось и в «Условиях для выкупа»: «Особой платы за дома и другие казенные постройки не брать, но один из домов, построенных при поселении колонистов, должен остаться в неприкосновенности как памятник Царскосельской старины, под попечением „Общества защиты и сохранения старины”, в ведении и владении дворцового правления». По мнению управляющего Царскосельским дворцовым правлением князя Путятина, этот дом следовало бы приспособить для музея или какого-нибудь благотворительного учреждения, например богадельни, для увековечения памяти императора Александра I и его супруги. Он считал, что вокруг здания следовало бы разбить сквер, который со временем стал украшением всего квартала. Предложение вызвало сочувствие со стороны колонистов, одновременно настаивавших на необходимости урегулировать права Кемпера. Однако созданию музея помешала Первая мировая война. В дальнейшем этот дом Фридентальской колонии использовался под жилье, а в 1950-е гг. в нем был проведен реставрационный ремонт. В настоящее время для него найдено не очень удачное использование под медвытрезвитель.
Колонисту И.В. Кумбруху и его наследникам принадлежал участок № 5/9 Историческая застройка вся была утрачена еще в довоенный период. Бывшее владение под № 5/10 занимало семейство Мейера, в 1911 г. – Энгельберл Мейер и наследницы Петра Мейер. Здесь размещалась красильня, состоявшая в пользовании всех колонистов. В настоящее время здесь находятся