Цель поэзии. Статьи, рецензии, заметки, выступления

Совершенно верно. Другие механизмы. Интернет вообще штука очень поверхностная. В том смысле, что предполагает очень поверхностное восприятие. Немножко похоже на публичное выступление – ну, вроде всяких конкурсов поэтических, какие нынче проводят. Там, чтоб победить, важно вызвать немедленную реакцию, ну, смех, например, – это должно быть что-то эффектное, мгновенно воспринимаемое, не предполагающее глубины и дополнительных смыслов. Такие вещи воспринимаются лучше. То же самое Интернет. Это же страничка на экране: посмотрел, ухмыльнулся, поставил лайк и поехал дальше. А настоящее стихотворение так не прочтешь. С ним повозиться надо. Перечитать, а то и вовсе выучить наизусть.

Абсолютно согласна. Кстати, то и другое сейчас часто совмещается: те, кто идет путем «пабликов», к той же аудитории выходят, условно говоря, на перформанс какой-нибудь.

Ну конечно. Кстати, развлечение не самое плохое. Не совсем интеллектуальное, полуинтеллектуальное, но все-таки лучше, чем ничего. Вот только к искусству поэзии отношения не имеет. А вредным становится – когда одно с другим начинают путать.

Некоторые называют «Арион» журналом одного человека, где все определяет вкус одного человека. Так ли это? Вы с этим согласны или все-таки нет?

Ну, и согласен, и не согласен. Согласен в том смысле, что поскольку я главный редактор, то последнее слово всегда за мной. Это понятно. Но я же не один стихи читаю. Вот Дмитрий Тонконогов весь самотек до меня читает. Мы все стихи обсуждаем в редакции. И если я сомневаюсь, а коллеги настаивают, – печатаем. Лучше в эту сторону ошибиться. Кроме того коллеги-стихотворцы нередко присылают что-то попавшее им в руки и показавшееся интересным: вот, посмотри. То есть и их вкус участвует. С их помощью нашли не одного автора, в том числе из провинции. Но в конечном счете решение принимает редактор. А кому еще? У меня достаточно широкие эстетические взгляды – судя хотя бы по тому, что и «слева», и «справа» «Арион» периодически поругивают, – но, конечно, не безграничные. Наверняка что-то достойное за двадцать лет и просмотрели. Ну что поделать.

А вы замечаете, что ваш вкус стал влиять на литературный процесс? В частности, многие пишут миниатюры вовсе не потому, что это черта времени – тяготение к краткости, лаконизму, а «тяготение» к публикации в «Арионе». У меня даже среди знакомых был случай: шесть лет один приятель писал «миниатюры под “Арион”». У него не брали. Но на седьмой год взяли одну. Он позвонил мне на радостях, мол, все, теперь я могу это бросить!

Ну обманул, мог и обмануть. Если это неорганично для него, если он нарочно подделывался – значит, обманул. Мы тоже можем ошибиться и в эту сторону. Хотя, стало быть, что-то там было интересное. Но не мы же эти миниатюры изобрели. Мы просто стараемся следить за тем, что происходит в поэзии. Журнал меняется вслед за ней. Вот на полке стоят журналы за все двадцать с лишним лет – перелистайте. Вы говорите про эти краткие формы. Они в журнале ведь не сразу так активно проявились, а когда это стало очевидным в поэзии. И не «Арион» их «изобрел», а Владимир Салимон и Вера Павлова в Москве, Феликс Чечик в Израиле, Юрий Казарин в Екатеринбурге, Юлий Хоменко в Вене… Это правда, мы, может, из первых стали их много печатать – ну, значит, разглядели. То есть я думаю, что процесс обратный. Кстати, ситуация меняется. Сейчас стали появляться, наоборот, очень длинные вещи, каких, думал, мы уже не увидим. И мы их тоже печатаем. То есть позиция «Ариона» не «насаждать» (хотя у другого журнала, журнала «группы», может быть и такая роль), а собирать в фокус.

Но люди все-таки стали ориентироваться, видно это, видно!

Вообще-то говоря, люди всегда ориентируются на хорошее. А мы стараемся отобрать лучшее. Лично у меня как у редактора предпочтений нет. Я просто люблю хорошие стихи. Они могут быть написаны ямбом, хореем, гекзаметром, верлибром, могут быть лаконичные либо пространные, «традиционные» или «авангардные». Не в этом дело. Но вот еще что учтите. Молодому или просто среднему стихотворцу короткие вещи чаще удаются, чем длинные: просто дыхания не хватает. Неудивительно, что из самотека им легче в журнал попасть.