Но это далеко не все. Помимо многочисленных переводов греческих агиографических трудов, в ранней русской литературе присутствовали разнообразные оригинальные произведения. Это жизнеописание святого князя Владимира, написанное монахом Иаковом, два жизнеописания святых Бориса и Глеба (1015) – одно написано монахом Иаковом, другое – монахом Нестором, а также жизнеописание святого Феодосия Печерского (1074), принадлежащее перу того же Нестора, и святого Мстислава Киевского (1132). Типичным для такого рода литературной деятельности в первые столетия после крещения Руси является Печерский патерик – собрание переводных и оригинальных жизнеописаний святых, составленный в знаменитом монастыре и содержащий ценную информацию об этом центре аскетической жизни. Сборник датируется началом XIII столетия.
Юридическая литература также представлена рядом оригинальных работ, таких как «Греческое и русское церковное правило» (около 1089 года) митрополита Иоанна II, и «Вопро-шание» Кирика (1130–1156), но о них нам известно немного. Первая кодификация русского общего права приписывается Ярославу Мудрому и называется «Русская Правда». Долго считалось, что этот труд был написан только в XIII веке, однако недавние исследования отнесли его первоначальный вариант к XI веку.
Таковы выдающиеся произведения ранней русской литературы, написанные на старославянском языке, который святые Кирилл и Мефодий создали на основе старого македонского диалекта и развили в национальное средство для самовыражения славян. Уже тогда эти произведения имели отпечаток русской самобытности. Отметим, что все они были написаны в прозе, что являлось замечательным достижением того времени, поскольку мы знаем, что западные народы начали писать прозу на родном языке самое раннее в XIII веке, а большинство – в XIV.
Я, конечно, рассказал непростительно мало о литературных достижениях Киевской Руси X–XIII веков. Но этого достаточно, чтобы оценить трансформацию, которую произвел среди варваров контакт с величайшим культурным центром – Византией. Молодой христианский народ добился за короткое время таких удивительных успехов, что во многом опередил западные народы, обращенные в христианство на несколько веков раньше римскими миссионерами. Но те не могли передать своим подопечным культурное наследие, сравнимое с византийским. Дело в том, что после разрушения западной части империи культурный уровень Рима упал намного ниже стандартов, существовавших в Византии.
Переданное Русскому государству наследие в области искусства было таким же щедрым, как в литературе. Церковь Святой Софии, построенная Ярославом Мудрым в Киеве в 1017–1037 годах, была усовершенствованной копией церкви Успения Пресвятой Богородицы, воздвигнутой в 989 году его отцом Владимиром и разрушенной монголами в 1240 году. Эту жемчужину византийской архитектуры возвели и украсили греческие художники. Даже в Греции почти не осталось образцов греческой архитектуры этого периода, способных с ней сравниться. Церковь Владимира в Киеве и деревянная постройка, которую он возвел в Новгороде, вероятно, были выполнены в одном стиле. Церковь Премудрости Божией в Новгороде (1045–1053), а также церковь на Нередице выполнены в том же стиле, что Софийский собор в Киеве. Его смелые линии, взметнувшиеся ввысь и сходившиеся к короне из тринадцати куполов, вероятно, понравились русским, потому и стали характерной чертой русской церковной архитектуры.
Ярослав Мудрый построил в Киеве такое количество церквей и монастырей, что превратил город в центр русского религиозного искусства. В нем отчетливо господствовало греческое влияние, и Адам Бременский назвал его «равным великолепию Константинополя и блеску Греции». Следует помнить, что немецкие солдаты, вторгшиеся в Киевскую Русь при Болеславе Великом, восхищались красотой Киева и его многочисленных религиозных сооружений. Титмар Мерзебургский отметил впечатление, произведенное Киевом на его соотечественников, указав, что это город 400 церквей и 8 площадей. Некоторые его памятники – Кирилловская церковь, Михайловский златоверхий собор и церковь Святой Софии – до сих пор напоминают о великолепном прошлом. Вторым аналогичным центром – после Киева – стал Новгород-Псков, а затем – Владимир-Суздаль.
Мозаики и фрески Софийского собора в Киеве были обнаружены в 1843 году и с тех пор привлекают внимание историков искусства своей уникальной красотой, мощной энергией и выразительным реализмом. В развитии византийского искусства X–XIII веков Софийский собор в Киеве, безусловно, занимает выдающееся место. И на основании того, что сохранилось в Киеве и Новгороде, мы можем судить, как щедро Византия делилась со своими единоверцами всем, что создал греческий гений в городе на Босфоре.