Центральная и Восточная Европа в Средние века. История возникновения славянских государств

Исследования проливают свет на одну особенную проблему ранней истории русского христианства. Многих специалистов озадачивало появление некоторых западных практик в русской церкви. Первая из них, которая прослеживалась еще во времена Владимира, – десятина. Неизвестная в византийской церкви, она появилась во Франции и оттуда распространилась на западный христианский мир. Как известно из Повести временных лет, Владимир приказал, чтобы десятая часть дохода была выделена для церкви Пресвятой Богородицы, которую он сам основал. С тех пор эта церковь называется Десятинной. Другие канонические обычаи, определенно западные, перечислены в Уставе святого князя Владимира. К примеру, нарушения морального кодекса и церковных предписаний, согласно этому документу, должны рассматриваться церковными судами, даже некоторые гражданские случаи, особенно связанные с наследственными правами, относились к юрисдикции церковных властей.

Эксперты до сих пор спорят об аутентичности этой законодательной нормы. Самый ранний известный экземпляр рукописи этого документа относится к XIII веку. В большинстве рукописей приводится утверждение князя Владимира, что он принял крещение от святого патриарха Фотия, что, конечно, не является доказательством подлинности. Многие указы, приписываемые Владимиру рукописями, являются совершенно чуждыми византийскому менталитету и, несомненно, появились в русском церковном праве под западным влиянием, однако нет никаких доказательств того, что они исходили от Владимира. Тот факт, что первый русский князь, ставший христианином, ввел на Руси систему десятин, неизвестную в Византии и имеющую западное происхождение, также не является свидетельством. Владимир приказал, чтобы десятая часть его доходов была выделена для церкви Пресвятой Богородицы, которая в то время была киевским кафедральным собором, как благотворительный взнос, однако у нас нет свидетельств того, что эта система распространилась на всю Русь, как это было на западе. Нет оснований и видеть в лице Анастасия, которому князь поручил сбор и управление десятиной, своего рода «фохта» – чиновника, существовавшего в то время в германской церкви.

В любом случае определенно было бы преувеличением делать, на основании изложенного выше, вывод, что русское христианство имело западное происхождение, римское или скандинавское. И в том, что западное влияние нашло доступ к Руси на ранних этапах развития христианства, нет ничего необычного, потому что ее двери были широко распахнуты и в X веке Богемия обеспечивала удобный подход. Также следует помнить, что еще до обращения Владимира две его жены были чешками. Когда Польша стала христианской, богемская магистраль оказалась значительно расширена, и в XI веке взаимному обмену западных и восточных тенденций между тремя странами ничто не препятствовало. Представляется важным, что древнейший свод русских законов, Русская Правда, составление которого приписывается князю Ярославу Мудрому, имеет следы чешского влияния.

Учитывая все сказанное о политическом и культурном развитии Киевской Руси и ее отношениях с Польшей, Германией, Богемией и остальной Европой, нельзя не отметить, что в XI веке Европа стояла на пороге больших возможностей. Это был период – единственный в европейской истории, – когда Русь осознавала свою принадлежность к Европе и в то же самое время могла предложить свои услуги как посредник для свободной передачи на запад византийской цивилизации – гармоничного соединения классических, эллинистических, римских и восточных традиций. А Европа того времени была готова обогатить свое римское наследие и традиции германских завоевателей сокровищами великого классического и эллинистического века, представление о которых она имела на основании немногочисленных остатков, сохраненных Римом. В этом процессе посредниками должны были выступить также два славянских народа, чехи и поляки. Они хорошо подходили для этой роли, потому что сохранили часть греко-славянской культуры, основанной двумя греческими братьями, Кириллом и Мефодием, в IX веке в Великой Моравии. Эта культура все еще процветала среди болгар, сербов и в какой-то степени у хорватов. В общем, Центральная и Восточная Европа была полностью готова к интеллектуальному возрождению.