Центральная и Восточная Европа в Средние века. История возникновения славянских государств

Биографы Адальберта – монахи – получили щедрое содержание и всячески старались подчеркнуть безмерное стремление Адальберта к монашеской жизни. Но им так и не удалось убедить читателя, что оно стало главным мотивом отставки епископа. Его все же следовало искать в другом. Слабый намек дает нам Козьма. От него мы узнаем следующее: Адальберт понял, что трудности для него слишком велики, и попросил Страхкваса, брата правящего князя Пражского, взять на себя его епархию. Страхквас в то время был монахом монастыря Святого Эммерама Регенсбургского. Убеждая Страхкваса принять его предложение, Адальберт выразил уверенность, что он будет лучше выполнять епископские обязанности, поскольку будет иметь полную поддержку правящего князя. Из этого можно сделать вывод, что имело место нечто, лишившее Адальберта благосклонности герцога. Что бы это ни было, что-то произошло между епископом, Славниковичем, и князем Пржемыслидом. Что это могло быть?

Оба биографа Адальберта повествуют о продаже пленных христиан работорговцам. Еще до этого времени легенды о святом Венцеславе и записки арабского путешественника Ибрагима ибн Якуба утверждают, что Прага была важным центром работорговли. Именно она была характерной чертой Праги X века. Отсюда еврейские торговцы снабжали арабские дворы мусульманской Испании рабами.

Адальберт жаловался не так на саму торговлю, как на тот факт, что он слишком ограничен в средствах и не может спасти христианских пленных, проданных еврейским торговцам. Откуда взялись эти пленные? Они могли быть местными жителями – это правда, – ведь работорговля была обычным делом в Богемии X века. Но источники указывают на большое число этих пленных, а значит, чехи, вероятнее всего, захватили их в войне с христианской страной. С какой? Это не Германия – у нас нет никаких сведений о войне между Германией и Чехией в этот период. Это не Венгрия – мадьяр в то время едва ли можно было именовать христианами. С какой же страной чехи могли воевать в промежутке между 987 и 990 годами?

От Титмара Мерзебургского нам известно, что в 990 году Болеслав II адресовал требование польскому князю вернуть территорию (источник говорит о королевстве – regnum), которую отобрали у него. Таким образом, мог иметь место военный конфликт между поляками и чехами – еще до 990 года, и этот конфликт был начат Мешко I, польским князем. Также следует отметить, что в 990 году Болеслав II, если верить Титмару, заключил союз с языческим племенем велетов (лютичей), и этот союз был направлен против поляков. Чешский князь, вероятно, планировал войну с соседями.

Из всего этого необходимо сделать вывод, что христианские пленные, о которых упоминали биографы Адальберта, – это поляки, захваченные в плен чехами, в некоей военной кампании, имевшей место до 990 года, – возможно, в 987 или 988 году. Судя по всему, чешский князь был в высшей степени возмущен своим невезением в этой кампании и не стал соблюдать установившееся правило, приказав, чтобы польских пленных продали еврейским работорговцам. Епископ, вероятнее всего, упрекнул князя и попытался спасти польских христиан от ужасной судьбы. Можно также предположить, что он не одобрил войну между двумя христианскими странами.

При этом Адальберт всего лишь выполнял обязанности епископа, долг которого – устанавливать христианские принципы даже в политической жизни своего народа, и у Болеслава II не было причин преследовать епископа лишь за то, что он попросил его действовать согласно христианским принципам. Князь не был ни язычником, ни плохим христианином. Так что, наверное, было еще что-то, действовавшее за сценой, усугубившее антагонизм между герцогом и епископом, некий политический аспект, усложнивший проблему и сделавший положение Адальберта неоднозначным. Он был Славникович, значит, речь может идти о столкновении интересов двух богемских династий.

Мы не найдем удовлетворительного объяснения, пока не обнаружим истинных причин польско-чешской войны, предшествовавшей кризису в отношениях между епископом и князем. Следует установить, какую территорию Мешко I отнял у Болеслава II и как этот инцидент повлиял на отношения между Пржемыслидами и Славниковичами. Мнения экспертов разделились, и, несмотря на существование различных гипотез, выдвигаемых польскими, чешскими и германскими учеными, ответа пока нет.

Нам повезло. Сегодня в нашем распоряжении имеется документ, обнаруженный в собрании законов кардинала Деусдедита, составленном около 1080 года в Риме. Он начинается словами Dagome Iudex. В нем говорится о торжественной передаче Польши Святому престолу, выполненной Дагоме, судьей, и Отой, сенаторкой. Германские и польские специалисты все еще спорят относительно смысла этого документа, но его беспристрастное изучение показывает, что польский князь