Читаем Цветочки Александра Меня. Подлинные истории о жизни доброго пастыря полностью

«Представьте, что на землю пришёл гений, человек, обладающий невероятными возможностями, но не успел их реализовать – сбила машина или заболел рано неизлечимой болезнью и умер. Душа такого человека, не успевшая осуществить свою миссию, будет тяготиться этой нереализованностью, будет искать возможность реализации. И тогда она подключается к какому-то живому человеку, которого она по той или иной причине себе выбрала, и начинает работать с ним, осуществлять своё предназначение через него. Помните Нику Турбину, которая в четырнадцать лет писала на уровне Ахматовой, а потом перестала?»

И ещё раз, возвращаясь к теме Гоголя, отчасти себе противореча: «Он не иссяк, он не выдохся. Его нужно было просто поддержать, отправить на курорт, дать возможность восстановиться – он бы стал жить дальше, он бы много ещё сделал».


Владимир Файнберг

Когда я пожаловался на хроническую бессонницу отцу Александру, он сказал: «Вместо того чтобы курить и пялиться в окно, приступали бы к работе. Это Бог будит вас, зовёт за стол. Ведь нам отпущено так мало времени…»

В присутствии батюшки

Среди качеств, составляющих природу обаяния, главное – заинтересованность. Обаятельному человеку интересно всё, что его окружает и с чем он встречается, в частности, и ты интересен так, что и тебе он передаёт свой интерес ко всему на свете. Мир, ещё только что обыкновенный, захватывает тебя – таков механизм воздействия обаяния.

Исайя Берлин

Светлана Архипова

Собралась я как-то поехать в Новую Деревню одна, без друзей. Оказавшись на станции в Пушкино, поняла, что не помню номер автобуса. Заволновалась, потому что опаздывала на службу. Потом интуитивно решила войти в первый попавшийся автобус – и, поднявшись по ступенькам, попала в тёплые объятия отца Александра. «А я сегодня не служу», – сказал батюшка. И это было прекрасно, потому что от поворота мы шли пешком до храма, а потом он сводил меня на могилу своей матери, где мы вместе помолились. И даже сейчас, вспоминая это, я испытываю чувство необыкновенной радости.


Священник Александр Борисов

На протяжении всего нашего с ним знакомства, с самого моего детства, каждая встреча с ним была источником радости, душевного подъёма, желания стать лучше, делать больше, не унывать и т. д. В связи с отцом Александром мне всегда вспоминаются слова (автора которых не помню), что немало великих людей, рядом с которыми чувствуешь себя ничтожным, но по-настоящему велик тот, рядом с кем и сам чувствуешь себя великим.


Священник Виктор Григоренко

Я бывал с детства в церкви в Новой Деревне. Нас с братом Мишей возила Наталья Фёдоровна (теперь вдова отца Александра), и я помню, как мы помогали в алтаре, читали с ним записки. Мы бывали там достаточно часто, но осознанно я в церковь пришёл в сознательном возрасте, после армии. В автобиографии, которая требовалась перед рукоположением, я так и написал: осознанно в церковь пришёл благодаря проповеди отца Александра Меня.


Елена Кочеткова-Гейт

Перейти на страницу:

Все книги серии Мемуары

Пролив в огне
Пролив в огне

Аннотация издательства: Авторы этой книги — ветераны Черноморского флота — вспоминают о двух крупнейших десантных операциях Великой Отечественной войны — Керченско-Феодосийской (1941—1942 гг.) и Керченско-Эльтигенской (1943—1944 гг.), рассказывают о ярких страницах героической обороны Крыма и Кавказа, об авангардной роли политработников в боевых действиях личного состава Керченской военно-морской базы.P. S. Хоть В. А. Мартынов и политработник, и книга насыщена «партийно-политической» риторикой, но местами говорится по делу. Пока что это единственный из мемуарных источников, касающийся обороны Керченской крепости в мае 1942 года. Представленный в книге более ранний вариант воспоминаний С. Ф. Спахова (для сравнения см. «Крейсер «Коминтерн») ценен хотя бы тем, что в нём явно говорится, что 743-я батарея в Туапсе была двухорудийной, а на Тамани — уже оказалась трёхорудийной.[1] Так обозначены страницы. Номер страницы предшествует странице.

Валериан Андреевич Мартынов , Сергей Филиппович Спахов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Занятие для старого городового. Мемуары пессимиста
Занятие для старого городового. Мемуары пессимиста

«Мемуары пессимиста» — яркие, точные, провокативные размышления-воспоминания о жизни в Советском Союзе и в эмиграции, о людях и странах — написаны известным советским и английским искусствоведом, автором многих книг по истории искусства Игорем Голомштоком. В 1972-м он эмигрировал в Великобританию. Долгое время работал на Би-би-си и «Радио Свобода», преподавал в университетах Сент-Эндрюса, Эссекса, Оксфорда. Живет в Лондоне.Синявский и Даниэль, Довлатов и Твардовский, Высоцкий и Галич, о. Александр Мень, Н. Я. Мандельштам, И. Г. Эренбург; диссиденты и эмигранты, художники и писатели, интеллектуалы и меценаты — «персонажи стучатся у меня в голове, требуют выпустить их на бумагу. Что с ними делать? Сидите смирно! Не толкайтесь! Выходите по одному».

Игорь Наумович Голомшток

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»

«Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» – неслось из всех немецких станций оповещения, стоило ему подняться в воздух, и «непобедимые» эксперты Люфтваффе спешили выйти из боя. «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас», – сказано в его наградном листе. Единственный Герой Советского Союза, трижды удостоенный этой высшей награды не после, а во время войны, Александр Иванович Покрышкин был не просто легендой, а живым символом советской авиации. На его боевом счету, только по официальным (сильно заниженным) данным, 59 сбитых самолетов противника. А его девиз «Высота – скорость – маневр – огонь!» стал универсальной «формулой победы» для всех «сталинских соколов».Эта книга предоставляет уникальную возможность увидеть решающие воздушные сражения Великой Отечественной глазами самих асов, из кабин «мессеров» и «фокке-вульфов» и через прицел покрышкинской «Аэрокобры».

Евгений Д Полищук , Евгений Полищук

Биографии и Мемуары / Документальное