Компания Carbios уже сотрудничает с несколькими крупными корпорациями, включая PepsiCo, L’Oréal и Nestlé, и планирует в ближайшее несколько лет открыть завод мощностью 44 000 тонн. Однако прежде чем ферментативная переработка станет жизнеспособной отраслью, она должна преодолеть несколько препятствий. Хотя переработка пластика с помощью ферментов, вероятно, будет требовать меньше энергии и приводить к меньшим выбросам парниковых газов, чем производство первичного пластика из ископаемого топлива, она будет обходиться примерно в два раза дороже. Микробные ферменты способны расщепить ПЭТ, но пенополистирол, ПВХ и другие виды пластика с более прочными молекулярными связями – нет. К тому же ферменты часто бывают привередливы: они требуют определенных температур и уровня pH для оптимальной работы. Если ферментативная переработка станет более эффективной и менее затратной, то в один прекрасный день она может стать важным элементом работы по утилизации пластика.
Тем не менее эксперты напоминают: кое-что возможно уже сейчас. Например, сегодня существуют химические способы, которые позволяют разложить ПЭТ до мономеров, а затем повторно их собрать. Более того, благодаря сочетанию экологических налогов на производителей и депозитных систем сбора тары для потребителей в ряде стран Европы и Азии – в том числе в Норвегии, Швеции, Финляндии, Германии и Японии – уже перерабатывается от 86 до 97 % пластиковых бутылок.
Свидетельства того, что микробы, грибы и другие организмы уже эволюционируют, чтобы переваривать пластик, наталкивают на заманчивую мысль: наша живая планета сама «решит» проблему загрязнения. Но этого не произойдет – по крайней мере, не в те сроки, которые нужны человечеству. Как мы не можем позволить себе ждать, пока Земля сама восстановит свой климат, так же мы не можем ждать, что планета решит все наши проблемы за нас. Большинство природных ферментов, способных разлагать пластик, делают это гораздо медленнее, чем те аналоги, которые разработали инженеры. Более того, когда микробы расщепляют пластик в океане или на суше, вовсе не обязательно, что они приносят столько же пользы своим экосистемам, сколько и более привычные процессы разложения, развивавшиеся на протяжении миллионов лет. Есть шанс, что микроорганизмы, переваривающие пластик, могут создать еще больше нанопластика, выбрасывая токсичные химикаты в окружающую среду и увеличивая выбросы CO2 в атмосферу. Может оказаться так, что разведение искусственно созданных микробов на пластиковых отходах полезно лишь в точно контролируемых сценариях, а на деле – катастрофично, как и многие похожие эксперименты.
В научно-фантастическом романе 1971 года «Мутант-59» (Mutant 59) мир начинает рушиться – в буквальном смысле. Плавится электроизоляция, выходят из строя компьютерные сети, взрываются космические корабли, самолеты растворяются в воздухе. Неприятности, похоже, связаны с пластиковыми компонентами различных технологий. Поначалу люди подозревают, что во всем виновен популярный полимер. Однако в конце концов выясняется, что планету заполонили бактерии-мутанты, сбежавшие из лаборатории, – бактерии, созданные для потребления пластика[69].
Будучи ребенком, Наттапонг Нити-Утхай играл с пластиком. Ему не нужны были пластмассовые игрушки и фигурки – порой сырья, из которого их делали, было достаточно. У Нити-Утхая было прозвище – Арм. Он вырос в городе Паттани на юге Таиланда, недалеко от пляжа, где его семья занималась производством латекса. Он часто возился с обрезками резины и других полимеров: его интересовала их форма и функции. В то же время он полюбил море. «Я чувствую сильную связь с океаном, с его запахами, звуками, погодой, – рассказывает Арм. – В Таиланде есть две группы людей: те, кто любит ходить на пляж, и те, кто любит ходить в горы. Я никогда не ходил в горы: там комары и прочая живность. Я – человек пляжа».
В 1990-х годах, получив высшее образование в Бангкоке, Арм переехал в город Кливленд, штат Огайо, чтобы получить докторскую степень в области макромолекулярных наук в Кейс-Вестерн-Резерв университете, где находится старейшая в США независимая кафедра полимеров. Когда в 30 лет Арм вернулся в Паттани, некоторые районы города выглядели по-другому, особенно побережье. «Когда я уехал учиться, я потерял связь с океаном, – говорит Арм, – а когда вернулся, то стал на каждом пляже замечать мусор». Складывалось ощущение, что за время его отсутствия люди стали использовать все больше и больше одноразовых предметов. Никогда загрязнение окружающей среды в Таиланде не было настолько масштабным. В Таиланде чаще стали выбрасывать мусор.