В 1960–1970-е годы, примерно в то же время, когда Джеймс Лавлок и Линн Маргулис разрабатывали гипотезу Геи, некоторые экономисты написали фундаментальные тексты по экологической экономике – междисциплинарной области, изучающей экономику человечества как подсистему жизни на Земле. Параллельно ученые из разных областей науки сформулировали концепцию, о которой думали еще наши предки: циркулярную экономику, которая превращает традиционную линейную экономику в замкнутую систему, продлевая время существования материалов и продуктов как можно дольше за счет совместного их использования, аренды, повторного использования, ремонта, восстановления и переработки.
Совсем недавно такие экономисты, как Кейт Раворт, начали включать в свои экономические теории знания, полученные из современных наук о Земле и концепцию планетарных границ. Планетарная граница – это предельный уровень разрушений, который может выдержать система Земли, прежде чем она станет опасно-нестабильной. Нарушение этих границ, например истощение озонового слоя или окисление океанов, ставит под угрозу пригодность планеты для существования человеческой цивилизации.
В своей научной работе и последующей книге Раворт представила так называемую «экономику пончика», в рамках которой человечество остается в безопасном пространстве между внутренним кольцом базовых прав и потребностей человека и внешним кольцом экологических пределов. В 2018 году Раворт писала, что линейная система индустрии последних 200 лет в корне порочна, «потому что она противоречит живому миру, который процветает именно благодаря постоянной переработке живых строительных блоков». Дальше она пишет, что вместо этого «мы можем изучать и имитировать циклические процессы живых существ: брать и отдавать, умирать и обновляться, чтобы отходы одного существа становились пищей для другого».
С точки зрения экологии смерть или распад любого отдельного объекта – это не завершение и не потеря, а переход и новая возможность. У каждого существа и предмета – будь то камень, лист, кит или резиновый шлепанец – вне зависимости от того, является ли оно или он результатом геологических процессов, эволюции или инженерии, есть свой жизненный цикл, хотя мы, возможно, слишком недолговечны или близоруки, чтобы его увидеть. Наша задача – убедиться, что существующие технологии способны быстро переработать все материалы, которые мы привносим в наш мир, или изобрести новые технологии. Прежде чем изготовить очередной пластиковый пакет или бутылку, мы должны серьезно оценить вероятность того, что они убьют глубоководные кораллы, разложатся на миллион частиц, став ложным планктоном, или превратятся в новый слой истории Земли, вписанной в скалы. Прежде чем сделать обувь, мы должны просчитать каждый шаг, который она пройдет, – не только в ближайшие несколько лет, но и во время всего своего бесконечного путешествия по потокам и пластам планеты сейчас и в ее далеком будущем.
В 2001 году биолог Билл Гилмартин узнал, что на пляже Камило самка гавайского тюленя-монаха родила детеныша – это первый за долгое время случай размножения этого животного, который находится на Гавайях под угрозой исчезновения. За несколько лет до этого Гилмартин стал одним из основателей Фонда дикой природы Гавайев – некоммерческой организации, которая защищает местные виды животных на Гавайях. Когда он услышал новость о тюленях-монахах на пляже Камило, он направил свой «Субару» по грунтово-лавовой дороге, ведущей к пляжу, а последнюю милю, которую машина не смогла преодолеть, прошел пешком. У самого прибоя он нашел тюлениху и ее детеныша, которому было всего несколько дней от роду. Все, что находилось выше линии прилива, представляло собой «сплошную массу сетей и пластика», вспоминает Гилмартин. В некоторых местах кучи мусора были ему по пояс и даже выше.
В течение следующих нескольких месяцев Гилмартин часто возвращался на пляж Камило, иногда в сопровождении студентов Гавайского университета, и разбивал лагерь, чтобы следить за тюленями и знать, что отдыхающие не беспокоят их. В 2003 году он получил от штата Гавайи грант в размере 10 000 долларов на проведение масштабной уборки пляжа. За два дня Гилмартин и около 70 добровольцев из Фонда дикой природы Гавайев с помощью нескольких самосвалов и тракторов вывезли с берега 50 тонн мусора. С тех пор Гилмартин и его коллеги регулярно убирают пляж Камило.