Украина. Геополитический миф

Когда сразу после Февральской революции страна затрещала по швам, то оказалось, что украинский сепаратизм, который всем казался чем-то незначимым, в действительности превращается в грозную силу. 4 марта 1917 года в Киеве собрались представители политических, общественных и культурных организаций и объявили о создании Центральной рады. От имени собравшихся была направлена телеграмма в адрес председателя Временного правительства князя Львова и министра юстиции Керенского, где выражалась благодарность за заботу о национальных интересах украинцев и где были такие слова: «недалеко уже время полного осуществления наших давнишних стремлений к свободной федерации свободных народов». 7 марта руководителем Рады был выбран Грушевский, который тут же приехал из тяжелой невыносимой московской ссылки. Что не удивительно: ведь Раду собирали члены Общества украинских прогрессистов, которое являлось детищем Грушевского. Именно тогда и была сформулирована первая задача — начать создавать украинскую государственность, пока что в виде национальной автономии в составе России. 7 апреля состоялся Всеукраинский съезд, который определил, что Рада станет временным украинским парламентом, туда выбрали депутатов и начали вести себя как настоящее правительство.

Центральная рада по сути своей были организацией, конечно, совершенно нелегитимной, потому что на Всеукраинский съезд приехали не представители населения, не делегаты, избранные на местах. Туда приехали просто активисты социалистических, социал-демократических партий и украинские активисты из девяти губерний, которые Грушевский считал территорией будущей Украины, то есть Харьковской, Полтавской, Черниговской, Киевской, Волынской, Подольской, Херсонской, Екатеринославской и Таврической. То есть, по сути, на Всеукраинском съезде была представлена небольшая группа партийных деятелей, которые сочли для себя возможным говорить от лица всех малороссов. Причем именно социалисты играли тогда важную роль. Один из основателей Украинской социал-демократической рабочей партии Владимир Винниченко заявлял с трибуны, что он прежде всего социалист, а потом уже украинец. Ну и потом из самозваного съезда была сформирована Центральная рада. Что за люди туда вошли, что за люди собрались в Киеве на съезде, можно судить по воспоминаниям участников:

За исключением двух-трех лиц, которых я мог бы перечесть по пальцам, которых уважал и от которых я мог бы ожидать чего-нибудь разумного, остальные были безграмотные во всех отношениях, а не только в политике. Еще хорошо, если студенты первого курса, как В.К. Винниченко и Н. Ковалевский, а то бухгалтеры, кооператоры, «известные общественные деятели» и просто люди неопределенных занятий — больше всего ура-социалисты по убеждению и демагоги по призванию. Нравственный и умственный уровень простых рядовых членов Центральной рады я знал хотя бы по образцам полтавских депутатов: солдата Матяша и того солдата, который «в окопах кровь проливал». Огромное большинство было в том же роде. Поэтому и неудивительно, что люди, которым случалось заночевать в общежитии для депутатов (Институтская, 17), зачастую на другой день не отыскивали своих часов или кошелька.

А дальше Центральная рада стал выяснять с Временным правительством Керенского, сколько независимости им можно взять. То есть два нелегитимных правительства принялись с азартом пилить великую страну. Либеральное правительство соглашалось признать автономию Украины в границах пяти губерний: Черниговской, Полтавской, Киевской, Волынской и Подольской; соглашалось, чтобы на Украине появились шесть министерств (внутренних дел, промышленности и торговли, земледелия, продовольствия, труда и, наконец, местных финансов); соглашалось ввести должность украинского комиссара в Кабинете министров России.

Центральная рада хотела всего и сразу: Украину в составе девяти губерний, а также прав для Центральной рады на управление железными дорогами, почтой, телеграфом, своей украинской армией, которая уже начала создаваться. За этот процесс отвечал Симон Петлюра, бывший журналист, он стал генеральным секретарем по военным вопросам. Еще Рада затребовала контроль над финансами, а также переговорщики от Грушевского требовали для Украины права вести внешнеполитическую деятельность. То есть все по плану Рорбаха. Совпадение ли? Теперь уже не узнать. К середине лета 1917 года Центральная рада поняла, что в Петрограде (напомню, что в начале Первой мировой войны Петербург переименовали в Петроград, чтобы отойти от немецкой топонимики) сидит кучка бессмысленных болтунов, которые не могут управлять даже самим Петроградом, не то что подавить революционное движение или киевских сепаратистов. Еще в июне было сформировано первое украинское правительство — Генеральный секретариат. Затем уже сам Генеральный секретариат принял декларацию, признав Центральную раду высшим исполнительным и законодательным органом «всего организованного украинского народа». Газета «Киевская мысль» писала: