Украина. Геополитический миф

<…> несмотря на то, что Грушевский и его единомышленники обставили свою деятельность большой конспиративностью, русскому генеральному штабу удалось в течение лета 1917 г. собрать исчерпывающия доказательства их сношений с Германией. Первоначально было обращено внимание, что, при обмене военнопленными инвалидами, немцы стали препровождать в Россию совершенно здоровых людей, преимущественно — уроженцев Малороссии. Наблюдением и опросом их удалось установить, что они посланы немцами для пропаганды украинского сепаратизма и по прибытии в Киев должны были получать инструкции от специальных агентов, группировавшихся около газеты «Новая Рада», руководимой ближайшим сотрудником Грушевского, неким — Чикаленко. Вслед за этим в Ставку явился офицер Ермоленко, передавший крупную сумму денег, полученную им от германскаго разведочнаго бюро для пропаганды. Ермоленко дал существенныя показания о сношениях немцев с большевиками и украинскими сепаратистами. Обнаружено было также получение Грушевским солидных денежных сумм из-за границы <…> Во второй половине августа 1917 года, при содействии нашей агентуры, за границей был перехвачен целый ряд телеграмм, устанавливающих сношения главарей рады с Веной и Берлином, а также двумя главнейшими германскими шпиками Гуммерусом и доктором Бордах. Тогда же в Петрограде был задержан пробиравшийся из Швейцарии в Киев секретарь гр. Тышкевича Степанковский, давший ценныя показания по этому делу. Характерно то обстоятельство, что Степанковский состоял агентом Шептицкаго, в то же время был осведомителем нашей контрразведки в Швейцарии. В итоге, к концу августа 1917 г. в руках нашего генерального штаба было собрано достаточно данных для предъявления Грушевскому и ближайшим его сотрудникам совершенно обоснованнаго обвинения в сношениях с Германией, т. е. — в государственной измене. Трагические корниловские дни и наступившее вслед за ними полное банкротство власти Керенскаго не дали возможности их использовать».

И стоит сказать, что даже в уже начинавшемся хаосе русская контрразведка представляла вполне реальную силу. Потому что канцлер Германии Георг Михаэлис был вынужден предостерегать своих коллег по кабинету:

Мы должны быть очень осторожны, чтобы литература, с помощью которой мы хотим усилить процесс распада России, не достигла прямо противоположного результата… украинцы всё ещё отвергают идею полного отделения от России. Открытое вмешательство с нашей стороны в пользу независимости украинского государства, несомненно, может использоваться противником с целью разоблачения существующих националистических течений как созданных Германией.

Ленинское правительство Советской России в декабре 1917 года выдвинуло Украине ультиматум и потребовало «оказывать содействие революционным войскам в деле их борьбы с контрреволюционным кадетско-калединским восстанием», который украинская Рада отвергла. Тогда в Раде случился раскол: депутаты-большевики перебрались в Харьков, где в конце декабря 1917 года создали свое правительство, Народный секретариат Украинской народной республики.

К началу 1918-го власть Центральной рады стала еще более виртуальной. Она заседала в Киеве, издавала какие-то указы, но на местах их никто не выполнял. В январе 1918-го УНР была провозглашена независимой страной, Генеральный секретариат стал Советом министров. А в ночь с 15- на 16 января в Киеве произошло восстание большевиков, не согласных с политикой Центральной рады и с объявленной независимостью Украины. Это событие стоит того, чтобы рассказать о нем подробнее.

События развивались так. На киевском заводе «Арсенал» рабочие с помощью военных заняли склад конфискованного оружия. Военные, кстати, были из сформированного Радой Шевченковского полка. Восстанием руководили большевики и активисты городского совета рабочих и солдатских депутатов. В ночь на 16 января начались бои восставших рабочих и солдат с украинскими частями. При этом часть солдат из украинских подразделений поддержали восстание, это были Богдановский, Шевченковский полки и полк имени Сагайдачного. То есть не все малороссы, попавшие в армию УНР, стали сразу считать себя украинцами и были готовы воевать за украинскую идею. 16 января восставшие потребовали у Центральной рады передать власть советам депутатов, Рада, понятное дело, отказалась, и в городе снова начались бои. Эпицентром восстания был завод «Арсенал», также повстанцы смогли захватить станцию Киев-Товарный, мосты через Днепр, Киевскую крепость и несколько складов оружия. Затем они, по сути, блокировали центр Киева, в городе началась забастовка, не ходил транспорт, не работал водопровод, не было электричества.