Украина против Донбасса. Война идентичностей

– территория, заселенная жителями с травмированным сознанием советского человека (Е. Михеева);

– край засилья российской агентуры, остатки малоросов (Б. Гаврилишин);

– локально созданная и дискредетированная идентичность (И. Семиволос);

– регион мифологизированной истории (Е. Вилсон);

– украинско-российский культурный синтез (И. Кононов);

– нестабильный регион трудовых радикализированных движений (Ч. Винн);

– край криминалитета, социальных девиаций, ностальгии о совке и пророссийских настроений (Е. Головаха);

– экономически уязвимый регион, который зависит от экспорта из России (И. Кресина, В. Горбатенко)[194].

В это же время Западная Украина фигурировала в работах ученых-политологов исключительно как прогрессивный регион, украинский Пьемонт, хотя с экономической точки зрения этот регион абсолютно ничего не мог дать Украине, учитывая тот факт, что именно западноукраинские регионы были поставщиками «заробитчан» в страны ЕС. Таким образом и был создан дисбаланс в восприятии этих двух противоположных регионов, что привело к тому, что накануне Евромайдана восточные регионы имели оскорбительные названия – Лугандон и Даунбасс. Уже в это время, если проанализировать соцсети, радикальный украинский сегмент был настроен русофобски, что подтверждают одобрительные высказывания после терактов в Волгограде в 2013 г.

В контексте данной проблемы следует рассмотреть принцип создания образа «Другого», что было характерным для украинской внутренней политики. Украинская власть осознавала, что сложно инкорпорировать население Юго-Восточной Украины, особенно Донбасса, в единое поле украинской идентичности, поскольку многие ассоциировали себя с СССР, Россией и считали себя русскими. Таким образом, было решено сделать ставку на создание гражданской идентичности, вовлекая крупные этнические группы в данный процесс. Именно в этом контексте была написана уже упомняутая нами книга Л. Кучмы «Украина – не Россия», в которой делалось ударение на необходимость создания украинского общества не по этническому принципу, а по гражданскому. Данная политика оказалась успешной для реализации задуманного, учитывая тот факт, что подавляющее число террористов из «Азова» являются русскими/русскоязычными выходцами из Юго-Восточной Украины, а также большое количество представителей данного региона имеют негативное отношение к России. На ранних этапах процесса формирования гражданской идентичности из паспортов граждан Украины была удалена графа «Национальность», таким образом, все граждане Украины автоматически начали ассоциировать себя с украинским гражданством, что создавало базу для данного уровня идентичности.

Следует отметить, что у украинского населения была сложная и запутанная система самоидентичности: часть населения идентифицировала себя исключительно с Украиной, с ее культурой и традициями, была ориентирована на евроатлантическую интеграцию. Другая ассоциировала себя с Россией и странами бывшего Союза, отмечала советские праздники, Новый год встречала по российскому времени, слушая поздравления Президента России; третья часть находилась посредине вышеупомянутых двух и уже не ассоциировала себя с Советским Союзом или странами СНГ, но и не принимала до конца те ценности, которые навязывались представителями националистических кругов. На протяжении двадцати лет Украине не удавалось «перепрошить» сознание населения юго-восточных регионов, и тогда руководство прибегло к навязыванию западноукраинской версии культуры, языка, традиций, истории, но уже после 2014 г. Это выражалалось в переименовании улиц и городов, введении штрафов за использование русского языка во время образовательного процесса. Данная эпопея закончилась тем, что в декабре 2023 г. Верховная Рада приняла законопроект, согласно которому в школах и вузах станет возможным обучение на венгерском, румынском и болгарском и на языке крымских татар. Также будут разрешены политическая агитация на этих языках, книгоиздательство и телевещание (но не более 70 %). Однако, как заявила вице-премьер Стефанишина, на Украине не существует русского национального меньшинства, а есть украинцы, которые разговаривают на русском. Это еще раз доказывает факт того, что Украина готова пойти на уступки ряду нацменьшинств ради получения преференций относительно ее евроатлантической интеграции. Учитывая незаинтересованность в сотрудничестве с Россией, Украина открыто нарушала и продолжает нарушать права русскоязычного населения. И данная тенденция наблюдалась в период с 2014 до 2022 г.