В постели с бактериями. История, наука и секреты микроскопических существ, о которых не принято говорить

И как же, по его мнению, он заразился в этот раз? «Мне просто не везет в сексе, особенно оральном». Что ж, вполне возможно. Мужчина может заразиться гонореей во время орального секса, правда, я не могла определить, как именно он заразился и от какой из двух своих партнерш.

Как только я поставила диагноз, Уильям, кажется, расслабился. Я не преминула напомнить ему о главном: «Вы наверняка знаете, что вскоре вам станет легче, но вы с вашим членом в ближайшие семь дней вне зоны доступа». За семь дней антибиотики расправятся со всеми возбудителями гонореи, и повторно заразиться от одной из своих партнерш он не сможет.

Он кивнул: «Обещаю в ближайшем будущем с этими дамами не видеться».

О том, что он заразился гонореей, Уильям планировал рассказать обеим женщинам, хоть это и было непросто, так как до сих пор о существовании друг дружки его подруги не знали. Нет, он не врал им, просто ни одна из женщин не спрашивала, встречается ли Уильям с кем-то еще, а он инициативы не проявлял. Кроме того, он предполагал, что в его отсутствие женщины встречаются с другими мужчинами.

Я проводила Уильяма к медсестре, которая дала ему два антибиотика – сделала укол в плечо и дала четыре таблетки, которые он сразу же принял. Уильям сомневался в том, что его партнерши сразу же побегут к врачу, поэтому медсестра дала ему несколько доз антибиотика в отдельных бумажных конвертах – от гонореи, с собой, пожалуйста. Мы знали о том, что если ускорить лечение его партнерш, просто дав ему с собой лекарства, они не будут распространять гонорею – это один из самых эффективных способов профилактики³.

Если партнерши Уильяма сразу же начнут принимать антибиотики и воздержатся от секса с мужчиной, которого делят, а также с другими мужчинами хотя бы на неделю, цепочка заражения будет разорвана и у этой истории будет счастливый финал, но именно потому, что одно из этих условий обычно не соблюдается, наша клиника и существует вот уже 70 с лишним лет.

Поначалу казалось, что в истории Уильяма все ясно: у него был незащищенный секс с двумя партнершами, и он заразился гонореей. Но как быть с тем обстоятельством, что он так часто болел этой инфекцией за последние два года? Уильям считал, что ему просто не везет, и случись это лет десять назад, я бы с ним согласилась. Но в тот же день в клинику пришел Ксавье, и ситуация несколько усложнилась.

Ксавье был ровесником Уильяма, только латиноамериканцем, гомосексуалистом и совершенно не моногамным – ни с географической точки зрения, ни с какой-либо другой. В последнее время романтических встреч у него было много. Когда я спросила, сколько сексуальных партнеров у него было за последние три месяца, он, чтобы сосредоточиться, уставился на потолок и начал загибать пальцы. Дважды загнув пальцы на обеих руках, он, кажется, вспомнил всех и ответил: от 20 до 25. Никаких симптомов у него не было, на ИППП он проверялся регулярно, каждые три месяца.

С его слов, оральным сексом в его активной и пассивной форме он занимался со всеми своими партнерами и никогда не делал этого с презервативом. Что касается анального секса, чаще он был пассивным, или нижним. Иногда он соглашался на роль активного, или верхнего, но универсалом (тем, кто готов быть хоть верхним, хоть нижним) себя не считал, поскольку имел в сексе свои предпочтения. Со случайными партнерами он пользовался презервативами, но с одним парнем, которого давно знал и который регулярно проверялся на ИППП и ВИЧ, занимался анальным сексом без защиты. Большинство партнеров Ксавье находил в интернете, с каждым он планировал встретиться всего один раз, поэтому ни о ком ничего не расспрашивал и не назначал новых встреч.

Учитывая все это, визит Ксавье в клинику был краток. Я взяла мазки у него из зева и прямой кишки, отправила собрать мочу на анализ и предложила сдать кровь на ВИЧ и сифилис. Ксавье ни с кем не планировал встречаться на будущих выходных, утром в пасхальное воскресенье его ждали близкие, а заниматься сексом до того, как придут результаты анализов, он вообще не собирался. Ни гонококков, ни хламидий (в глотке, прямой кишке и пенисе), ни сифилиса, ни ВИЧ у него не нашли.

Считается, что ИППП болеют сексуально неразборчивые люди, но почему тогда у Уильяма с его двумя партнершами гонорея была, а у такого гиперактивного в половом смысле парня, как Ксавье, ничего не обнаружили?

Риск заражения ИППП повышается под влиянием нескольких факторов: число партнеров, сексуальная ориентация, тип секса, раса, география и социально-экономический статус, причем эти факторы взаимосвязаны таким образом, что определить, какой из них важнее, сложно. Про Уильяма и Ксавье нам известно следующее: Уильям чернокожий, Ксавье – латиноамериканец, Уильям гетеросексуален, Ксавье – гей. За последние три месяца у Уильяма было две партнерши, а у Ксавье – 20 с лишним партнеров. Они оба не пользуются презервативами при каждом половом акте, но Уильям заразился ИППП, а Ксавье – нет.

Может, Уильяму и правда не везет, как он сам считает, или дело тут в чем-то другом?