Великая княгиня Владимирская Мария. Загадка погребения в Княгинином монастыре

Крещение в этом возрасте объяснялось тем, что, в отличие от младенца, ребенок, достигший 8 лет, мог осознанно сделать свой выбор, изучив основы веры. В данном случае перед нами – практика, восходящая к первым векам христианства, когда гонения, ереси и вероучительные споры требовали от христиан стойкости и знания своей веры. Поэтому Церковь очень ответственно подходила к принятию в свое лоно новых членов, полагая, что они должны были осознанно осуществить свой выбор, изучив основы веры, что младенец по определению сделать сам не мог. Следует учитывать и то, что таинство крещения тогда являлось не частным, а общественным и торжественным событием. В канун больших церковных праздников – Пасхи и Пятидесятницы, в Рождественский и Богоявленский сочельник – крестились все прошедшие огласительный период и интенсивный курс изучения основ веры. Приходя в храм, они проходили собеседование с епископом или другим назначенным им членом клира – пресвитером или диаконом для краткого рассказа о себе и причинах своего намерения креститься. Непосредственно перед крещением епископ говорил им небольшую проповедь о том, что такое христианская жизнь и чем христианство отличается от язычества. Исходя из вышесказанного, если свадьба Марии и Всеволода состоялась в 1168 г. и тогда же она была крещена, то рождение Марии можно отнести ко времени около 1160 г.[336]

Окончательный выбор между чешской и ясской версиями происхождения Марии могут дать сведения антропологии, которая внутри тех или иных этносов выделяет определенные антропологические типы. К примеру, в составе русского народа выделяются: ильменско-белозерский, валдайский, вологодско-вятский, вятско-камский, клязьминский, дон-сурский, степной, средневолжский, верхнеокский, архангельский, онежский и другие типы. Доктором исторических наук М.В. Добровольской из Института археологии РАН было проведено сопоставление морфологических параметров индивида № 1, обнаруженного в октябре 2015 г. в Княгинином монастыре, который идентифицируется именно с Марией, с усредненными статистическими «обликами» некоторых средневековых групп. Разумеется, при этом учитывалось то обстоятельство, что индивидуальные вариации внешности всегда выше групповых.

В качестве сопоставительных материалов привлекались серии женских черепов средневековых вислян, чехов, мораван, словаков, а также северокавказских и донских средневековых могильников. Оказалось, что женский череп индивида № 1 из Княгинина монастыря – брахикранный и относительно высокий. Он имеет высокое лицо и несколько уплощен в назомалярной плоскости. Тем самым он попадает в массив женской части серии из могильника с территории современной Северной Осетии, которая датируется XII–XIV вв.

Сопоставление таких черт внешности, как основные параметры мозгового отдела черепа, высотные и широтные размеры лица, размеры глазниц и носа, позволяют констатировать, что во внешнем облике женщины из Княгинина монастыря практически нет краниологических особенностей, которые могли бы свидетельствовать о внешнем сходстве со средневековыми группами из Центральной Европы.

Как уже говорилось выше, средневековая Алания занимала значительную по площади территорию Восточной Европы, простираясь от Северного Прикаспия до Приазовья и среднего течения Дона. Можно ли более точно определить границы вероятного региона, из которого происходила Мария?

Это позволяют сделать современные методы биоархеологии, позволяющие реконструировать особенности образа жизни человека, «рассказать» о состоянии его здоровья, основных физических нагрузках, пищевом рационе[337].

Нами уже отмечалось, что современные осетины подразделяются на два основных субэтноса: иронцев, происходивших из существовавшего в эпоху Средневековья восточного аланского союза, и дигорцев, основу которых составлял западный аланский союз, связанный с этнонимом «асы» или «ясы».

Вполне обоснованно можно предположить, что на огромной территории средневековой Алании были представлены различные хозяйственные уклады, а следовательно, был различен как рацион питания местных жителей, так и химический состав многих видов употребляемой ими пищи.

Для подвижных скотоводческих обществ, к примеру, характерна модель питания, в которой важнейшее место занимают молоко и молочные продукты, а также мясо домашних животных. Пища скотоводов-кочевников в основном состоит из белков, жиров и малой доли растительных углеводов. При этом ее молочную часть отличает высокая калорийность, насыщенность доступными формами кальция, витаминами, иммунными телами. В то же время для земледельческого населения с глубокой древности вплоть до недавнего времени были характерны хронические недоедания в сочетании с тяжелым трудом. При этом одним из следствий употребления большого количества зерновых культур при недостатке животных белков является интенсификация использования поваренной соли, возможно связанной с недостатком хлора и натрия в результате сокращения поступления натрия и хлора с белками животного происхождения.