Великие мусульманские империи. История исламских государств Ближнего Востока, Центральной Азии и Африки

Государственные бюджеты XVI века не были рассчитаны на расходы для постоянного содержания больших профессиональных флотов. Поэтому широко использовалось «частное предпринимательство». Отдельные авантюристы и искатели приключений — капитаны каперов или корсары — получали право оснащать и снабжать командами вооруженные корабли. Потом они могли нападать на судоходство стран, с которыми их хозяева находились в состоянии войны, и получать доходы, захватывая добычу. Вырученные суммы распределялись в установленных законом пропорциях между хозяином, правительством, капитаном и командой. Таким образом, война оплачивала сама себя. В случае возникновения чрезвычайных ситуаций из этих кораблей и их команд формировали резерв для увеличения регулярных сил, которыми располагало государство. Схваченные корсары пользовались правами военнопленных. Финансы могли выделяться лично монархом, отдельными лицами или группами лиц. Официально такая деятельность могла вестись только при получении предварительного разрешения местной власти против кораблей, принадлежащих врагам государства, и в соответствии с международными конвенциями, модифицированными или расширенными двусторонними соглашениями между государствами. Однако не обходилось без великого множества нарушений и злоупотреблений, не говоря уже о весьма сомнительных случаях, когда корабли были якобы захвачены в территориальных водах, подданные нейтральных государств или грузы перевозились на вражеских судах или, наоборот, вражеские грузы или граждане перевозились на нейтральных судах. Также бывало, что на судах оказывались поддельные документы, подтверждающие их принадлежность к нейтральной стране. Корсары использовали любые уловки, чтобы поймать «дичь», к примеру подход к ней под фальшивым флагом. Очень часто действия каперов невозможно было отличить от злодеяний обычных пиратов. И если соотечественники считали корсаров героями, граждане стран, корабли которых подверглись нападению, обвиняли их в пиратстве. Когда корсаров ловили на откровенном нарушении принятых конвенций, жалобы обиженных ими людей иногда вынуждали правительства стран, которым они якобы служили, карать нарушителей смертной казнью. Так случилось, к примеру, с сэром Уолтером Рели. В XVI и XVII веках каперами буквально кишели воды у берегов Европы. Англичане, французы, голландцы и испанцы были самыми заметными представителями этого ремесла среди христиан. Считалось вполне законным действовать под флагом не своей страны. Так, английский капитан Истон служил у герцога Савойского, а голландец Данса — сначала у алжирцев, а потом у французов. Кроме того, было множество пиратов в истинном смысле этого слова. Некоторые из них посвящали себя грубому пиратству, а потом мирились с властями, как, например, сэр Генри Мейнуоринг, который сначала был знаменитым пиратом, а потом перешел на королевскую службу и стал бороться со своими бывшими коллегами. Пиратство, как сказал один военный историк, в то время было школой мореплавания.

В отношениях между христианскими и мусульманскими государствами традиции Крестовых походов и священной войны являлись готовой предпосылкой для действий весьма сомнительной законности. Подобные предпосылки вызывали войны между католиками, ортодоксальными христианами и протестантами. Таким образом, с одной стороны, это было каперство, граничащее с пиратством, с другой — элемент национальной экспансии и строительства империи, санкционированный религией, как в случае некоторых испанских конкистадоров, английских моряков, таких как Дрейк и Рели, и турецких мореплавателей — Хайр ад-Дина, Али-паши (Улудж Али) и Драгута.