– Знаю. Более того, ты их и не увидишь.
Кажется, у меня ум за разум начинает заходить.
– Слушай, можешь выражаться яснее?
– Могу и яснее. Если бы нас и правда ожидал, как ты говоришь, конец света, ты бы это почувствовала еще вчера, когда Давид живописал тебе перспективы развития Земли. Ты же восприняла это спокойно, значит, все будет хорошо.
– Но ваши…
– Дались тебе наши местные гадалки! – раздраженно перебивает меня Сорад. – Вот как узнаешь, каким именно образом можно избежать грядущей катастрофы, так они сразу начнут предсказывать и здоровых деток на следующий год, и засуху в Алых степях, и наводнение в Большой пустыне!
– А ты уверен…
Мужчина со стоном прячет лицо в ладонях.
– Все-все, поняла, ты уверен.
Да уж, ситуация! Когда я оказалась в Ямеле, то боялась, что мне предстоит какой-нибудь жуткий подвиг совершить, чтобы меня здесь оставили, но Далия успешно успокоила мои страхи, а в итоге… в итоге выясняется, что от меня ждут сущий пустяк: предсказание, которое позволит избежать войны как минимум в трех мирах. Ну, или в четырех, если эльфы и мельвы все же решатся и сунутся к проклятым. Чудненько!
Сегодня я на целый день предоставлена самой себе. Сорад внезапно отменил занятие. Далия, несмотря на законный выходной в Хранилище, все равно пошла на работу. К Орри приехали родственники, поэтому у нас дома она появится только завтра. Давид… Давид по-прежнему игнорирует факт моего существования и сидит в гостиной, что-то читает.
– Я хочу прогуляться, – обращаюсь к парню, стоя в холле, благо, дверь он оставил открытой.
– Где?
– По набережной.
– Хорошо, но там море, – напоминает мне Давид.
– Тупиковый дом мне не достанется, так что буду вырабатывать иммунитет.
– Хорошо, – доносится его спокойный голос, а я вообще-то шутила. – Когда планируете вернуться? К приходу Сорада?
– Через два часа я уже буду дома. Занятие Сорад отменил, если вы не в курсе.
– Хорошо, – в третий раз повторяет парень.
– Хорошо, – шепотом передразниваю я его и подхожу к зеркалу посмотреть, все ли нормально сидит, и прилично ли выглядит прическа.
Долго изучаю сначала свое отражение, а потом саму стеклянную поверхность. Не удержавшись, легонько стучу по ней ногтем, сопровождая свои глупые действия словами:
– Мы с тобой одной крови.
Зеркало отзывается высокомерным звоном, намекая, что оно зеркало, а вот чего добилась в жизни я – большой вопрос.
Дом покидаю с улыбкой на губах.
Действительно, чего я добилась? Да пока ничего. С этой вредной стекляшкой общий язык мне найти еще не удалось, даже не смотря на недавние разъяснения Сорада. В связи с этим число уроков резко сократилось. Какой ему смысл являться к нам, чтобы лишний раз убедиться в отсутствии результата. Это, разумеется, не значит, что он перешел в категорию «редкий гость». Просто теперь он приходит, так сказать, неофициально, на дружеские обеды и ужины. Несколько раз он оставался со мной, когда Давида вызывали в столицу. Признаться честно, посиделки в его обществе мне нравятся. Серьезные темы мы больше не обсуждаем. Как я поняла, все, что только можно, мне уже рассказали, теперь моя очередь. Но вредное подсознание упорно молчит. Радует одно – картины гибели миров оно не подкидывает…
От грустных мыслей меня отрывает громкая ссора слева по курсу.
– Нет, я ухожу, – настойчиво и, вероятно, не в первый раз повторяет молодая женщина, пытаясь вырваться из объятий мужчины.
– Радость моя, но послушай…
– Я уже наслушалась! Твои родственники мне все уши прожужжали! Когда у вас будут дети? Когда вы заведете малького? – изменившимся голосом, явно кого-то изображая, выкрикивает дама. – Да и ты… Я же знаю, как ты хочешь детей!
– Сходи к прорицателю, – предлагает мельв своей, как я понимаю, супруге.
– Я ходила, – убитым голосом и уже гораздо тише говорит она. – К четырем. Одна из них – столичная. У меня не будет детей, Кесси.
У мужчины опускаются руки. Мельва это чувствует и спешит окончательно освободиться из захвата. Этот Кесси почти в последний момент понимает, что добыча сейчас ускользнет, и вновь вцепляется в жену мертвой хваткой.
– Нет, я все равно не дам тебе уйти. Вспомни нашу свадьбу, Лесса.
Она грустно улыбается, но отрицательно качает головой.
– Ты хочешь детей…
– Значит, дети будут. – Мельв встряхивает супругу.
Женщина молчит.
– Идем в дом. Пожалуйста, – настойчиво просит мужчина.
Лесса неохотно разворачивается, и ее взгляд встречается с моим. Я тут же краснею и спешу убраться подальше от этого места. До самого поворота чувствую, как чешется между лопатками.
Пока я переживаю, что никак не могу разрешить судьбы миров, кто-то благополучно рушит свои собственные мирки. Самостоятельно или с чужой помощью. Жизнь продолжается.
Из полудремы меня вырывает настойчивый стук в дверь. Соскребаюсь с диванчика, где устроила себе послеобеденный сон, и иду открывать, на ходу разминая пальцами затекшую шею. Голова какая-то тяжелая: не люблю сны, навеянные изменениями погоды.
За порогом меня ожидает сюрприз.