Виктор Черномырдин: В харизме надо родиться

Уже 27 апреля в Магнитогорске ЧВС выступил с программным заявлением, что цель его блока – «создать правительство, опирающееся на парламентское большинство, которое будет иметь возможность не только обещать, но и выполнять». И еще: «Мы хотим создать сильное избирательное движение, чтобы обеспечить стабильность в стране и нормальную, эффективную власть. Это будет широкая коалиция. И войдут в нее люди, которые не понаслышке знакомы со сложнейшими проблемами управления экономикой, государством, финансами и предпринимательством».

Зачем понадобился НДР?

На выборах 1993 года партия реформаторской ориентации «Демократический выбор России» (ДВР)[10] под руководством Е. Гайдара разделила первое место с ЛДПР Жириновского по количеству депутатских мандатов (по 64). Формально это не поражение, но далеко не победа (всего в Думу было избрано 444 депутата). Ожидаемого контроля над парламентом у нее не оказалось.

20 января 1994 года лидер блока «Выбор России» Егор Гайдар ушел в отставку из правительства. И фракция «Выбор России» утратила статус проправительственной.

«Поначалу мы все были во фракции “Выбор России”, – продолжает вспоминать Рыжков, – потом у нас разногласия, разногласия, разногласия… И фракция начала расходиться».

В декабре 1994 года ДВР выступил с резким протестом против войны в Чечне. Большинство членов ДВР поддержало это решение, но часть депутатов не решилась критиковать президента и пойти против власти. Из партии начался отток высокопоставленных чиновников и крупного бизнеса. Они стали переходить в созданные в начале 1995 года проправительственные фракции «Россия» и «Стабильность».

Рыжков: «Весна 95 года. К тому времени было понятно, что фракция “Выбор России” уже распалась. И самое главное – шоковая реформа привела к очень сильному падению рейтинга Гайдара и его партии. А в декабре – выборы в Думу. Понятно было, что если “Выбор России” и преодолеет 5-процентный барьер, то с трудом и ненамного. И получается, что нет политической силы, на которую президент мог бы опереться. А это означало бы, что Госдуму заберут коммунисты и их союзники. Тогда власть подвиснет, и непонятно, на кого ей опираться в реформах».

Грядущие президентские выборы 1996 года были очень важны для самого НДР в целях подтверждения статуса пропрезидентской партии. Они давали возможность привлечь сторонников за счет мобилизации пропрезидентских сил.

Официально Всероссийское общественно-политическое движение «Наш дом – Россия» (ВОПД НДР) создано на учредительном съезде 12 мая 1995 года в Москве в киноконцертном зале на Красной Пресне. В работе съезда приняли участие 292 делегата, представлявшие регионы России. По мысли премьера, собравшиеся в зале были готовы «объединиться во имя победы здравого смысла, а не чуждых нам абстрактных схем, построенных на “измах”».

Был заслушан доклад ЧВС, проведены прения, принято политическое заявление, программа и цели движения, а также устав. Избран Совет движения в составе 126 человек, председатель – В. С. Черномырдин. Общефедеральный список «Нашего дома – России» возглавил сам ЧВС, вторым после него шел Никита Михалков.

Рыжков:

«Определили партию как реформаторско-консервативную. То есть реформаторство, но без всяких резких движений. Не революция, а эволюция. После тяжелейших кризисных лет в обществе был запрос на умеренную разумную эволюционную политику. Мы точно попали в эту нишу.

Там первый раз возник и Путин. Я в партии отвечал за региональные кадры. В перерыве съезда мы с ЧВС спускаемся из президиума. В первом ряду сидит Собчак. Поднимается, здоровается с Виктором Степановичем. Тот ему: “Толя, ты сам возглавишь НДР в Питере?” – “Нет, Виктор Степанович, я все-таки губернатор. Но у меня есть первый зам очень толковый – Путин Владимир Владимирович. Вот он у меня и возглавит НДР”».

Сразу же после создания НДР его атаковали коммунисты, а также демократические партии, объявившие себя конструктивной оппозицией «проправительственному» блоку НДР. Попытки руководства движения объединить все реформаторские и демократические силы России под свои знамена ни к чему не привели. Никакой консолидации всех реформаторских сил для противодействия возможности коммунистического реванша не произошло. Не удалось и согласовать единых кандидатов по одномандатным округам, выработать общую стратегию.

Зато будущая партия власти сразу продемонстрировала свою организационную дисциплину. Уже через четыре дня после обнародования двухпартийных планов, 29 апреля 1995 года, в подмосковной правительственной резиденции «Волынское» состоялось первое заседание оргкомитета «правоцентристов», посвященное подготовке учредительного съезда.

В начале мая ЧВС объявил об «электоральной базе» новой партии: она будет опираться не только на «широкую поддержку в массах», но и на «большинство глав администраций регионов», а также – на поддержку всех без исключения членов правительства.