Виталий Дубинин. Это серьезно и несерьезно. Авторизованная биография бас-гитариста группы «Ария»

Прослушивание происходило в ДК Академии им. М.В. Фрунзе в районе Плющихи. Мир тесен, потому что именно в этом ДК тогда находилась база «Поющих сердец» во главе с Виктором Яковлевичем Векштейном. Помню, перед прослушиванием мы заглянули в комнату, где репетировали «Сердца», и очень впечатлились той аппаратурой, которая у них стояла – она вся была самого топового на тот момент уровня.

На сцене ДК мы выставили всю свою аппаратуру, сыграли, нас прослушала комиссия – такие солидные дяди из филармонии. В те годы исполнители могли работать либо сольно, т.е. целым концертом, либо отделением (концерт состоял из двух отделений), либо просто номером, то есть исполнять в сборном концерте несколько песен. Соответственно, это влияло на зарплату музыкантов. Каждый из них имел фиксированную ставку, но за сольный концерт он получал ее в двойном размере, за отделение – одну ставку, за номер – полставки или около того.

Итак, комиссия удалилась на совет, после чего нам было сказано, что сольный концерт нам дать пока не могут, но готовы зачислить нас с правом выступать пока что номером.

И на это Сергей сказал:

– Нет, меня это не устраивает! Я согласен только на сольный концерт.

– Не хотите – как хотите, – ответили члены комиссии, и на этом мы, собственно, и расстались.

Это прослушивание состоялось через несколько дней после моего увольнения. Я говорю:

– И что будем делать?

Сарычев отвечает:

– Да ничего! Курить бамбук и ждать новых предложений.

– А как мы будем зарабатывать деньги?! – опешил я.

– Не знаю, – совершенно искренне ответил Сергей, – я не могу вас обеспечить деньгами, увы!

Тут я серьезно задумался. Хорошо, я уволился с работы, кроме того, к тому моменту я был женат, и в мае у нас должен был родиться ребенок. И какие же теперь перспективы? Сарычеву, конечно, было проще в этой ситуации, т.к. он на тот момент уже зарегистрировал песни своего авторства в ВААП (Всесоюзное агентство по авторским правам, существовало в СССР с 1973 по 1991гг.) и получал с этого отчисления. Стало как-то невесело…

Тем не менее, мы все же начали в составе «Альфы» репетировать второй альбом – теперь в ДК Фрунзе, нам там выделили комнату, мы нашли аппарат, похуже МИДовского, но для репетиций вполне нормальный. Отмечу, что в МИДе аппаратурой заведовал некто Владимир Мусин, с которым был знаком Сарычев. В какой-то момент между ними, возможно, произошел конфликт, а может, и нет, но мы перестали там репетировать. Кроме того, там можно было собираться только по выходным, и то не всегда. В итоге в общей сложности репетировали в МИДе мы мало и вскоре перешли в ДК им. Фрунзе. Здесь мы решили делать второй альбом, но дело шло уже без особого энтузиазма, поскольку перспектив выступлений не наблюдалось. Тем не менее, мы сделали две песни, которые вошли во второй альбом «Альфы», – «Бега» и «Африка».

А тут Маргарита Анатольевна вышла на прямой контакт с Виктором Векштейном, а он в тот момент решил распустить действующий состав «Поющих сердец» и создать новую группу, именно не ВИА, а рок-группу. И Пушкина рассказала об этом Леше Максимову и предложила прослушаться. Тот передал это мне, и я сразу просиял:

– Пойдем пробоваться, обязательно, это прекрасная возможность делать собственную музыку в профессиональном коллективе!

Мы с Лешей пришли к Векштейну, спели ему пару своих старых песен, в частности, «Лень» (я проорал ее фальцетом живьем). Максимов еще сыграл на клавишах, а я добавил, что также являюсь бас-гитаристом.

Векштейн оценил нашу самопрезентацию:

– Спасибо, – сказал он, – мне очень понравилось, я вам позвоню!

Однако в скором времени звонка от него так и не последовало, и недели через три, не выдержав, мы связались с Маргаритой и попросили ее узнать, берут нас все-таки или нет. Векштейн ответил: «Да, конечно, беру! Заканчиваю дела со своим предыдущим коллективом и жду их на репетиции в начале июня!».

И тут у Леши Максимова опять начались метания:

– Ты знаешь, я, наверное, не пойду… Что-то я уже не хочу, лучше буду учиться на настоящего пианиста, а с гастролями это делать невозможно.

– Да ты что?! – я возмутился. – Как же так? Мы же уже договорились, это будет новый коллектив, круто же!

– Нет-нет, я не пойду…

– Ну, а я пойду! – решил я.

Но я ведь еще тогда был музыкантом «Альфы», надо было решить этот вопрос. Репетиции у нас на тот момент остановились, Сарычев объявил нам, что едет отдыхать, работы сейчас все равно нет. И тогда я сказал ему, что ухожу из группы. И Серега Сафонов тоже решил уходить, так как и его не устраивала сложившаяся ситуация. Он считал, что надо идти в филармонию и работать хотя бы номером. Но Сергей особенно и не возражал против нашего решения и спокойно отпустил.

В самом начале июня я пришел к Виктору Яковлевичу. Он сказал мне: «Прекрасно, что ты пришел, Виталий, я как раз формирую новый коллектив!».