Византия и арабы в раннем Средневековье

Византийское влияние ощущалось в Халифате особенно сильно в то время, когда правили халифы из рода Омейядов (661–750). Этому способствовало то, что они превратили Сирию в центр своего государства и перенесли столицу из Медины в Дамаск. Местное греческое и сиро-арамейское население оказывало влияние не только на работу арабского государственного аппарата, но и на культуру завоевателей.

Применение «греческого огня». Миниатюра

Это проявлялось в архитектуре и изобразительном искусстве. Омейяды не боялись украшать свои дворцы и замки (Мшатта, Кусейр-Амра и др.) резьбой, мозаикой, статуями и картинами, несмотря на то, что ислам не слишком поощряет такие изображения. Так, на стенах Кусейр-Амра были изображены бытовые сцены, животные, фигуры, символизирующие периоды человеческой жизни. Подобные картины являлись прямым продолжением традиций византийского искусства на арабской почве. Омейяды следовали в данном отношении вкусам византийских аристократов, украшавших свои виллы высокохудожественными фресками и мозаиками. Впоследствии развитие изобразительного искусства в Халифате было заторможено, однако полностью не прервалось. Арабские книги украшались красочными миниатюрами. В миниатюрах, выполненных в Сирии, ощущалось византийское влияние, в египетских – коптское.

Сирийский дворец Мшатта. Деталь. VIII в.

Строительные работы во времена Омейядов. Кусейр-Амра. Стенная живопись. VIII в.

В архитектуре арабы также использовали византийские традиции. Первые мечети, которые они строили в завоеванных странах, представляли собой довольно примитивные сооружения из подручного деревянного материала. Подобные постройки производились на скорую руку в условиях походной жизни. Впоследствии, когда арабы прочно закрепились в завоеванных областях, строительство культовых и иных зданий стало производиться ими с учетом архитектурных традиций покоренных народов, они стали заботиться не только о прочности сооружений, но и об их эстетической стороне. Для постройки крупных зданий нередко привлекались греческие архитекторы и мастера. Архитектура мечетей копировала многие детали христианских церквей (например, купол). Бывали случаи и простого обращения церквей в мечети. В 706 г. собор святого Иоанна в Дамаске перестроили в знаменитую мечеть Омейядов, которая существует до сих пор.

«Три периода жизни». Кусейр-Амра

Влияние народов бывших византийских провинций ощущалось не только в материальной, но и в духовной культуре арабов. Этому в немалой степени способствовало то, что у местного немусульманского населения и после арабского завоевания долго сохранялись и развивались прежние культурные традиции. Многие деятели византийской культуры вышли из ближневосточного региона. Так, сохранилось предание, что наиболее крупный византийский мыслитель, богослов и философ VII в. Максим Исповедник (580–662) несколько лет прожил в Палестине после того, как она перешла под арабский контроль. Затем он в начале 40-х гг. переселился в Африку.

Мечеть Скалы в Иерусалиме. 691 г.

В Сирии уже в VIII в. грекоязычная культурная среда выдвинула такого выдающегося деятеля, как Иоанн Дамаскин. Он родился во второй половине VII в. в Дамаске (откуда его прозвище) в богатой и знатной христианской семье. Одним из его предков был Мансур, содействовавший сдаче Дамаска арабам в 635 г. (см. гл. 2). Иоанн и сам при рождении был назван Мансуром (имя Иоанн он получил, вероятно, уже при пострижении в монахи). Его отец, занимавший высокий пост при дворе халифа, постарался дать своему сыну классическое греческое образование. Наставником мальчика и его «духовного брата» Косьмы (впоследствии – епископа Маюмского и известного гимнографа) стал пленный калабрийский монах Косьма. От него оба юноши приобрели основательные познания в грамматике, диалектике, этике, астрономии и других науках. Даже сохранилось свидетельство, что в знании арифметики они уподоблялись Пифагору и Диофанту (александрийскому математику, жившему, вероятно, в III в.), а познания в геометрии позволяли считать их евклидами. После смерти своего отца Дамаскин стал его преемником на государственной службе, однако ни придворная, ни административная карьера его не удовлетворяли. Испросив у халифа отставку, он отпустил своих рабов на волю, раздал имущество бедным и ушел в монастырь. Умер он в середине VIII в.