Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

Пселл назвал этих сторонников царственных сестер «городской армией», хотя другие авторы идентифицировали их как толпу и с презрением называли их действия demokratia – правление demos (народа). К XI в. скачки на ипподроме стали намного реже, партии ипподрома – цирковые партии (demes) «голубых» и «зеленых» – утратили силы и влияние на население. Хотя их лидеры – демархи – продолжали участвовать в придворных церемониях (идентифицированные особыми костюмами в соответствующих цветах), но городская толпа иного рода стала новой силой в политическом спектре Византии. Впервые обитатели Константинополя, жившие достаточно близко к центру империи, чтобы быстро мобилизоваться, сыграли определяющую роль в вопросе престолонаследия. Власть горожан явилась результатом новой уверенности и роста богатства тех, кто не мог похвастать хорошим происхождением, зато мог внести материальный вклад в благополучие имперской столицы. Причем важно то, что эти люди не требовали власти для себя, они хотели вернуть трон законным хозяйкам – Зое и Феодоре.

Понятно, что в иерархической монархии Византии ни государственные, ни церковные власти не стали бы терпеть ни намека на демократию. Но толпа вошла в политическую жизнь новым путем, отличным от прежнего участия горожан в ритуалах, призывавших Богородицу на защиту города от враждебных сил в 626 г. И она продолжала играть важную роль. Это было ясно из того, как патриарх Михаил Керуларий использовал толпу, чтобы подстегнуть местную поддержку против посольства из Рима в 1054 г. Папа Лев IX прислал легатов под руководством кардинала Гумберта, чтобы обсудить теологические вопросы. Враждебность византийцев сыграла небольшую, но важную роль тем летом, когда кардинал Гумберт и патриарх отлучили от церкви друг друга. Керуларий смог собрать шумную толпу, которая поддержала его оппозицию Риму. Византийцы стали понемногу осознавать свое новое влиятельное положение.

Они стали создавать собственный разговорный язык, в отличие от придворных, которые использовали классический греческий. Еще одна инновация XI в. – распространение литературы, написанной на упрощенном разговорном греческом языке. Его связь с demos очевидна из названия – демотический. Низший уровень греческого языка, который использовали на улицах, в портах и при подписании торговых соглашений с иностранцами, вероятно, существовал веками. Купцы со Средиземного и Черного морей, приезжавшие торговать в Константинополь, использовали этот упрощенный вариант греческого языка. В XI и XII вв. демотический язык начал оказывать влияние на литературу. Версии стихотворного эпоса Дигениса Акрита, ранее являвшегося составной частью устного народного творчества, были записаны 15-сложным размером, известным из политических приветствий (одобрений). Это стимулировало появление других смешанных литературных произведений с сильными элементами просторечия. Используя тот же размер имперских приветствий, которые нараспев декламировали «зеленые» и «голубые», создавались сатирические стихи, басни о животных и даже романтические произведения. Хотя большинство примеров византийской светской музыки, песен и танцев утрачено, представляется вероятным, что именно в это время были впервые записаны песни на разговорном греческом языке. В некоторых музыкальных манускриптах писцы отмечали: «петь в тоне Х», предлагая использовать известную мелодию. Самые ранние документы с невмами – музыкальными значками, которые ставили над словами вместо нот, – также датируются XI в.

Лингвистические инновации соответствовали переменам в других областях, значит, старая Византийская империя сумела преодолеть оковы старых унаследованных традиций и адаптироваться к новым силам. Как мы видели, ряд судей XI в. записывали некоторые решения в судах Константинополя, демонстрируя намного большую свободу интерпретации и расчет на правовые прецеденты для выдвижения новых аргументов. «Пира» Евстафия Ромея содержит удивительные примеры гибкого приспособления к новым обстоятельствам, скажем, когда бабушка заключила соглашение о помолвке своего малолетнего внука, а тот, достигнув соответствующего возраста, от него отказался. Подобные судебные дела предполагают, что члены византийского суда уверенно реформировали древнюю систему, основанную на Кодексе Юстиниана, чтобы принять во внимание средневековые реалии. Возможно, перемены принимались не всеми и не везде, но они все равно влияли на развитие права.