Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

Хотя попытка добиться объединения церквей в 1274 г. оказалась неудачной, надежда, что западные христиане с благословения папы в конце концов придут на помощь византийцам, поддерживалась растущим интересом к латинской теологии и первыми переводами латинских Отцов Церкви греческими учеными. Знание средневековой латыни в Византии, так же как разговорных наречий, которые использовали купцы, крестоносцы, дипломаты и паломники, существенно расширилось. Когда ученый и монах Максим Плануд (1255–1305) начал переводить классических латинских авторов и св. Августина, он революционизировал понимание византийцами Запада. Благодаря ему в Византии читателям впервые стали доступны полные версии в прозе «Метаморфоз», «Героид» и ряда стихов Овидия, «Утешения философией» Боэция, «Риторики» Цицерона, трудов Макробия и разделов «Города Бога» Августина. Братья Димитрий и Прохор Кидонисы и Мануил Калека продолжили эту работу, а Григорий Хиониад продемонстрировал важность исламской астрономии, сделав переводы с персидского языка на греческий.

Это был новый поворот в византийской культуре, который отразил понимание иноземных, негреческих знаний. Он положил начало отходу от традиционных представлений о византийском интеллектуальном превосходстве во всех областях и показал, что Византия могла адаптироваться и учиться у обеих сторон в споре об объединении церквей. Большинство авторов, переводивших труды с латинского языка на греческий, выучили новый язык у монахов. Как и «апостолы славян», они использовали лингвистические знания, чтобы укрепить византийскую культуру. Плануд также был послом – в 1296 г. выполнил дипломатическую миссию в Венеции. Он опирался на широкий интерес к древней греческой культуре. Его заслугой является издание теорем Диофанта и других математических трудов, а также копирование и дополнение Anthologia Graeca – «Греческой антологии» – позднеантичного собрания эпиграмм. А спустя два поколения Димитрий и Прохор Кидонисы в первую очередь интересовались теологией и непосредственно участвовали в церковной политике XIV в. Братья были ответственны за перевод на греческий язык трудов Фомы Аквинского Summa contra gentiles и Summa theologiae («Сумма против язычников», «Сумма теологии»), которые внесли новую энергию в лагерь юнионистов. Они также уделяли внимание трудам Августина, Боэция и св. Ансельма Кентерберийского, перевели «Опровержение Корана» Рикольдо де Монтекроче.

Несмотря на растущий интерес к западной философии, стиль аристотелевской логики, принятый в появлявшихся европейских университетах, не оказал большого влияния на Византию. Образовательная система имела собственные традиции, основанные на оригинальных текстах Аристотеля, обогащенных многочисленными, более поздними, комментариями, посвященными метафизике, космологии, этике и логике, которую всегда изучали в Восточной Римской империи. Другая причина может заключаться в росте исихазма и учения о достижении просвещения путем созерцания, больше связанного с Платоном, чем с Аристотелем (см. гл. 18). Монахи-исихасты с горы Афон оказались непримиримыми противниками объединения церквей на условиях, согласованных в Лионе. С другой стороны, на тех византийских интеллектуалов, которые склонялись в пользу объединения, большее впечатление производила западная аргументация, основанная на латинских переводах Аристотеля – традиция логики, которая игнорировала восточные комментарии.

Иоанн V Палеолог, однако, стремился реализовать план военного сотрудничества с Западом против турок и решил перейти для этого в католицизм. Его путешествия в Венгрию и Италию в 1366–1369 гг. привели к его окончательному подчинению римской власти. Хотя это оставалось его собственным решением и не затрагивало византийскую церковь, он надеялся, что оно будет способствовать получению военной помощи. Но тот факт, что по пути домой венецианцы арестовали Иоанна V за долги, раскрыл, насколько опасна ситуация в Византии. Его сын Мануил был вынужден выкупить отца, и, чтобы тот смог вернуться домой, Венеции отдали в счет долгов остров Тенедос. Несмотря на то что обещанная военная интервенция имела место (под сербским командованием), в 1371 г. турки разгромили христиан на реке Марице, и император отказался от своей прозападной политики. Однако некоторые ведущие византийские интеллектуалы все же перешли в римское католичество и продолжили борьбу за объединение церквей, считая это единственным средством разорвать смыкающееся вокруг Константинополя кольцо оттоманов. Один из этих византийцев, Димитрий Кидонис, написал трактат, в котором предложил условия для обеспечения латинской помощи в 1389 г., но на него никто не обратил внимания. Таким образом, отсутствие единства в рядах элиты внесло весомый вклад в ослабление Византии, пока турки продолжали экспансию в Европу.