Византийские очерки. Труды российских ученых к XXIV Международному Конгрессу византинистов

Характерным отличием материальной культуры этого периода является и попытка приведения фортификационных сооружений предшествующего времени в соответствие с новыми требованиями византийского крепостного строительства. Главной причиной здесь являлась сложная и нестабильная политическая обстановка и необходимость постоянной готовности к обороне. Повсеместно, подчас быстро и не совсем качественно, однако капитально ремонтируются стены, сооружаются новые воротные проемы, впервые возводятся крепостные башни, в том числе и привратные. Аналогичные процессы происходят в Херсонесе и на крымском южнобережье. Не исключено, что в связи с половецкой опасностью, усовершенствованные во второй половине X в. и отремонтированные в начале XIII в. стены, а также построенные в это же время башни заново ремонтируются. Помимо этого на наиболее уязвимых участках наспех возводятся новые оборонительные сооружения.

Несомненным новшеством в городской инфраструктуре, также сближавшим ее с общевизантийской, является возникновение крупных общегородских зольников, расположенных с внешней стороны крепостных стен. Какие они выполняли функции, сказать сложно. Стратиграфически наиболее исследованный зольник в Сугдее не однороден. Такие же объекты, также расположенные с внешних сторон крепостных стен возникают в это время в Херсонесе и Алустоне.

Христианские храмы восточного Крыма рассматриваемого хронологического периода – наименее изученный элемент средневековой городской инфраструктуры. За исключением храма Иоанна Предтечи на Боспоре, все они представляют собой небольшие однонефные базиликального типа церкви, являвшиеся квартальными. Именно они стали отличительной особенностью планировки городских кварталов средневизантийского времени, когда жизнь горожан «замыкалась» в нем. Наиболее яркий пример этого – многочисленные материалы синхронной планировки Херсонеса. Аналогии им известны и среди памятников крымского южно-бережья, а также Балканского полуострова. Причем небольшие размеры храма не предполагали принадлежность его бедной общине. Как следует из аналогий, внутреннее убранство церквей отличалось богатством и разнообразием. В пользу этого свидетельствуют и разнообразные литургические предметы.

Безусловной доминантой городов средневизантийского периода, в том числе и Таврики, являлись крупные культовые базиликальные и крестовокупольные сооружения. Для южного и юго-западного Крыма это Партенитская, Мангупская и Эски-Керменская базилики, для восточного Крыма – пока только храм Иоанна Предтечи. В Сугдее подобное сооружение пока не обнаружено.

Отдельного анализа заслуживает погребальный обряд. Почти все изученные захоронения представляют собой христианские плитовые погребальные сооружения. Главное отличие от предшествующего периода заключается в том, что на городских и прихрамовых некрополях появляется средневековая греческая традиция повторного проникновения в могилу. При этом происходило частичное или полное нарушение анатомического порядка предшествующих захороненных. Вариантов данных основных типов нового христианского погребального обряда насчитывается не менее десяти[311]. Несмотря на целый комплекс факторов, главной причиной произошедших изменений всё же являлся, на наш взгляд, уже упоминавшийся факт увеличения численности жителей городов. А идеологическое обоснование в виде существовавших афонских монашеских традиций было чрезвычайно кстати.

Как и для предшествующего периода, интересно проанализировать византийское влияние в разнообразных категориях археологических предметов, обнаруживаемых при раскопках материальной культуры Крыма этого времени.

Ввиду прекращения собственного товарного производства вина, амфорная тара этого периода исключительно импортная. Сосуды представлены четырьмя основными типами: ранними Константинопольскими амфорами с клиновидным и валикообразным венчиком, амфорами с венчиком в виде отложного воротничка, крупными светлоглиняными рифлеными амфорами с массивными уплощенными ручками, отходящими непосредственно от края венчика, имеющего ярко выраженный паз для крышки. Все они, за исключением фрагментов светлоглиняных амфор, в салтово-маяцких комплексах неизвестны. К первой половине XIII в. они трансформируются в два стабильных типа с несколькими столь же стабильными вариантами, которые на протяжении этого и последующего столетия уже не меняются. Таманским элементом набора тарной посуды этого времени являются т. и. высокогорлые кувшины с плоскими ручками, в которых, в большинстве случаев, поставлялась в Крым и в Византию нефть. Потребность в ней резко увеличивается.