Властители Индийского океана. Становление морских связей между Европой и Азией

Однако в течение более сорока лет после третьей англо-голландской войны (закончившейся для Англии после разгрома де Рейтером (Рюйтером) объединенного англо-французского флота у о. Тексел в 1673 г. – Ред.) Голландская компания прочно удерживала свое прежнее место в восточной торговле и имела больше судов, чем ее британские конкуренты. Но напряжение оказалось слишком большим для маленькой страны, чтобы выдерживать его слишком долго. (Автор в своем повествовании об англо-голландском взаимодействии упустил такой интимный эпизод, как «славная революция» 1688–1689 гг. В ноябре 1688 г. штатгальтер (правитель) Голландии Вильгельм III Оранский, женатый на дочери английского короля Якова II Стюарта Марии, высадился с войском в Англии, осуществив государственный переворот. В феврале 1689 г. парламент Англии признал Якова II низложенным и передал королевскую власть Вильгельму, который до своей смерти в 1702 г. был одновременно королем Англии и штатгальтером Голландии. – Ред.) До них так же получилось с португальцами. К началу XVIII века финансовые ресурсы стали быстро истощаться, а доходы теперь больше зависели от налогообложения колоний, чем от торговли. Более того, в то время как голландская колониальная экспансия подходила к концу, британская экспансия, по сути, только начиналась. Теперь британские торговые фактории появились по всему побережью Индостана, вопреки первоначальной политике руководства Британской компании, но с ее одобрения. Так, Мадрас вырос вокруг форта, построенного на площадке, полученной от местного раджи, а в 1669 году получение еще одной площадки в восьмидесяти милях вверх по реке Хугли в Бенгалии позволило возвести форт Уильям, вокруг которого впоследствии была построена Калькутта. Так британский флаг постепенно поднимался на Востоке все выше, а влияние Голландии шло на убыль. В начале XVIII века началась последняя глава истории голландского доминирования за мысом Доброй Надежды.

Занимая главенствующее положение в Индийском океане в течение трех поколений, голландцы добились более выдающегося достижения, чем то, что принесло славу соотечественникам Васко да Гама. Ведь они заняли свое место, не имея такой могущественной защиты, которую португальцам обеспечивала Испания. Если говорить о силе духа, выносливости и презрении к опасности, нет смысла выбирать между первыми исследователями из двух стран. Пионерам с реки Тежу (Тахо) пришлось приложить гигантские усилия, чтобы добиться больших результатов, но те, кто отплыл с берегов голландских рек, чтобы отыскать путь в Индию, принесли ничуть не меньше жертв. Среди португальцев были великолепные лидеры, зато голландцы в своей массе были лучшими солдатами. А именно качество населения в массе, а не блестящие отдельные личности в конечном счете определяют место той или иной нации по отношению к другим нациям такой же величины. Вовсе не богатство или численное преимущество позволило голландцам вытеснить португальцев с главенствующего места в торговле Востока. Еще меньшее значение имеет географическое положение метрополии. В этом отношении Лиссабон расположен удобнее, чем любой европейский морской порт, кроме Кадиса. Поэтому успех голландцев может быть приписан только большим способностям к мореплаванию, которые присущи нордической крови, и сравниться с ними может только аналогичная северная нация. (Финикийцы (и карфагеняне), известные мореходы древности, не были нордической нацией (продукт смешения семитов из пустыни и древнего культурного населения Ближнего Востока, так называемых субареев). Испанцы и португальцы в XVI–XVII вв. проявили такие «способности к мореплаванию» и совершили такие открытия, которые остались не превзойденными ни голландцами, ни англичанами. Но здесь можно бросить автору спасательный круг – испанцы и португальцы происходят и от пришедших на Пиренейский полуостров вестготов, свевов и ираноязычных аланов (сильно смешавшихся с местным иберо-галло-римским населением). Аланская кровь (с Северного Кавказа) особенно выражена у португальцев, вестготская у испанцев. Готы – германцы, выходцы с о. Готланд. В дальнейшем от устья Вислы вышли во II в. в Причерноморье и к 375 г. создали на юге Восточной Европы своеобразную державу Германариха, рухнувшую под натиском гуннов. Дальнейший путь готов (вестготов), а также аланов на Пиренейский полуостров читатель может проследить сам. – Ред.)