Влияние морской силы на историю

Набоб, который не думал, что до этого дойдет, почувствовал себя оскорбленным и вошел в сношения с Бюсси в Декане. Клайв имел точные сведения о различных его интригах, которые велись с колебаниями, присущими характеру столько же слабому, сколько и вероломному; видя, что в правление этого человека не может быть надежды на устойчивый мир или спокойную торговлю, он составил обширный заговор, в детали которого здесь нет нужды входить, с целью свержения набоба с трона. В результате разгорелась полноценная война, и Клайв с тремя тысячами человек, треть которых составляли англичане, встретил набоба во главе пятнадцати тысяч всадников и тридцати пяти тысяч пехотинцев. Перевес неприятеля в артиллерии был почти настолько же велик. При таких-то неравных условиях Клайв дал и выиграл сражение при Плесси 23 июня 1757 года – в день, с которого принято отсчитывать начало британского владычества в Индии. За свержением набоба последовало возведение на трон одного из заговорщиков против него, ставленника Англии, который всегда искал поддержки короны. Так Бенгалия перешла под власть Великобритании, сделавшись первым плодом ее деятельности в Индии. «Клайв, – говорит французский историк, – понял и приложил к делу систему Дюпле».

Замечание верное, но можно еще сказать, что основание, таким образом заложенное, никогда не удалось бы ни сохранить, ни увенчать английским господством, не владей Англия морями. Условия Индии были таковы, что горстка европейцев, руководимая людьми энергичными и проницательными, была способна – разделяя то, что задумывала завоевать, и помогая своим успехам разумными союзами – удержать за собой все захваченное, несмотря на подавляющее численное превосходство туземцев; но было необходимо, чтобы этим европейцам не могли противодействовать люди одинакового с ними свойства, другая горстка которых могла бы перетянуть чашу весов. В то самое время, как Клайв действовал в Бенгалии, Бюсси вторгся в Ориссу, захватил английские фактории и подчинил себе значительную часть побережья страны между Мадрасом и Калькуттой, а французская эскадра из девяти кораблей, большая часть которых, впрочем, принадлежала Ост-Индской компании и не могла считаться военными, была на пути к Пондишери с двенадцатью сотнями регулярных войск – огромная европейская армия для операций в Индии в те дни. Английская морская сила, стоявшая у берегов Индии, численно уступала приближавшейся французской эскадре, но стояла почти вровень с той по боевым данным. Едва ли будет преувеличением заметить, что будущее Индии оставалось под вопросом, и ближайшие события это подтвердили.