Мы переходим теперь к справедливо прославленному Четырехдневному сражению в июне 1666 года. Оно требует особенного внимания не только по причине большого числа кораблей, участвовавших в нем с обеих сторон, и не только ввиду необыкновенной физической выносливости людей, которые выдерживали жаркое морское сражение в течение стольких дней кряду, но также и потому, что главнокомандующие с обеих сторон, Монк и де Рюйтер, были самыми замечательными моряками или, скорее, флотоводцами из всех, какие выдвинулись в их отечествах в семнадцатом столетии. Возможно, что Монк в летописях английского флота стоит ниже Блейка, но все согласны, что де Рюйтер – фигура выдающаяся, причем не только в голландском флоте, но среди всех морских офицеров того века. Предлагаемое нами описание упомянутого сражения заимствовано главным образом из журнала «Ревю маритим э колониаль»[55], где оно напечатано как недавно найденное письмо одного голландского дворянина, служившего волонтером на корабле де Рюйтера, к своему другу во Франции. Рассказ изложен весьма ясно и правдоподобно – качество, не всегда присущее описаниям столь давно прошедших сражений, а данные, сообщаемые в письме, приобрели еще большую ценность после того, как были подтверждены в главных подробностях мемуарами графа де Гиша[56], другого волонтера в голландском флоте, взятого к де Рюйтеру после того, как корабль, на котором он находился, был сожжен брандером. Однако упомянутые описания содержат несколько одинаковых фраз, указывающих на то, что оба заимствованы из общего источника, а потому не могут приниматься за вполне самостоятельные изложения; впрочем, они в то же время характеризуются и существенным внутренним различием, так что можно предположить, что оба автора изложили события как очевидцы сначала самостоятельно, а затем сверили и взаимно отредактировали свои описания прежде, чем послать друзьям или окончательно занесли их в свои дневники. Со стороны англичан сражалось около восьмидесяти кораблей, а со стороны голландцев – около ста, но это неравенство в значительной мере уравновешивалось большей величиной многих английских кораблей. Непосредственно перед сражением английское правительство допустило большую стратегическую ошибку: король получил известие, что французская эскадра идет из Атлантики для соединения с голландцами. Он тотчас разделил свой флот, послав двадцать кораблей под начальством принца Руперта к западу для встречи французов, а остальная часть флота под командой Монка должна была идти к востоку, навстречу голландцам.
Положение, подобное тому, в каком находился английский флот, которому угрожало нападение с двух сторон, представляет одно из сильнейших искушений для командующего. Оно вызывает весьма сильное побуждение встретить обоих противников и, следовательно, разделить свои силы, как поступил Карл, но уступка такому побуждению, за исключением случая подавляющего превосходства над силами неприятеля, – ошибка, дающая врагу возможность разбить флот по частям, что, как мы сейчас увидим, в действительности имело место в рассматриваемом случае. Результат сражения в первые два дня был бедственным для большей части английского флота, которой командовал Монк, и ей пришлось отступить обратно к Руперту; полагаю, лишь счастливое возвращение последнего спасло английский флот от весьма серьезных потерь или, по крайней мере, от опасности быть запертым в собственных портах. Сто сорок лет спустя, в бурной стратегической игре, происходившей в Бискайской бухте перед Трафальгарской битвой, английский адмирал Корнуоллис сделал совершенно такую же ошибку, разделив свой флот на две равные части дистанцией, которая исключала возможность взаимной поддержки и которую Наполеон характеризовал как блестящий образчик глупости… Вот урок, одинаково поучительный для всех веков.
Голландцы отплыли к английскому берегу с попутным восточным ветром, который, однако, переменился затем на юго-западный, нагнал туман и засвежел, так что де Рюйтер, боясь быть отнесенным слишком далеко к северу, встал на якорь между Дюнкерком и Даунсом [57]. Далее его флот двинулся на норд-норд-ост, причем авангард был с правой стороны, а Тромп, который командовал арьергардом, держался слева. Этот последний занимал самое наветренное положение; центр эскадры под командой де Рюйтера был под ветром у него; наконец, авангард был под ветром у центра [58]. Таково было положение голландского флота на рассвете 11 июня 1666 года, и по тону вышеупомянутых описаний можно подумать, что он не был в хорошем порядке, хотя прямо о том и не говорится.