Влияние морской силы на историю 1660-1783

В Северной Америке местными базами, когда война возгорелась, были Нью-Йорк, Наррагансеттская бухта и Бостон. Двумя первыми владели тогда англичане, и они были самыми важными станциями на континенте - по положению, легкости обороны и ресурсам. Бостон перешел в руки американцев и поэтому был в распоряжении союзников. Вследствие того направления, которое дано было военным действиям отвлечением деятельных английских операций к Южным Штатам в 1779 году, Бостон оказался вне главного театра военных действий и, по своему положению, потерял значение с военной точки зрения, но если бы был принят план изолирования Новой Англии занятием линии Гудзона и озера Шамплэйн и сосредоточением военных сил к востоку, то названные три порта имели бы решительное значение для исхода войны. К югу от Нью-Йорка Делавэрская и Чесапикская бухты, без сомнения, представляли заманчивые арены для морского предприятия, но ширина входов, недостаток удобных и легко обороняемых пунктов для приморских станций, широкое рассеяние береговых сил, сопряженное с попыткою занять столь много пунктов, и нездоровый климат местности в течение значительной части года заставили бы исключить их из главной части плана первых кампаний. Нет необходимости поэтому включать их в число местных баз. На крайний юг англичане были увлечены роковым огнем (ignis fatuus) ожиданий поддержки со стороны народа. Они не сумели понять, что даже если бы большинство там и предпочитало спокойствие свободе, то это самое предпочтение помешало бы им восстать против революционного правительства, которым, по теории англичан, они угнетались, а между тем на такое восстание опирался весь успех этого отдаленного и, по результату, в высшей степени несчастного предприятия. Местною базою операций на этом частном театре войны был Чарльстон, который перешел в руки англичан в мае месяце 1780 года, через восемнадцать месяцев после того, как первая экспедиция высадилась в Георгии.

Главные местные базы в Вест-Индии уже известны читателям из предыдущего изложения. Для англичан ими были Барбадос, Санта-Лючия и, в меньшей степени, Антигуа. За тысячу миль под ветром был большой остров Ямайка, с портом в Кингстоне, обладавшим большими естественными удобствами. В руках союзников местными базами первостепенного значения служили Форт-Рояль на Мартинике и Гавана, а второразрядными - Гваделупа и Французский мыс (Cap Francais). Господствующим элементом стратегического положения в те дни,- не вполне потерявшим значение и в наше время, - был пассат, с сопровождающим его течением. Переход в какой-нибудь наветренный пункт был, поэтому, долгим и серьезным предприятием даже для одиночных кораблей, а тем более для больших эскадр. Это вело к тому, что флоты совершали плавания к западным островам, лишь когда были вынуждаемы на них или когда удостоверялись, что неприятель взял то же самое направление - как например Родней отправился к Ямайке после сражения при островах Святых, зная, что французский флот должен был уйти к Французскому мысу. Рассматриваемое условие делало наветренные или восточные острова станциями естественных линий сообщения между Европой и Америкой так же, как и местными морскими базами, и удерживало возле них флоты. Отсюда следовало также то, что между двумя театрами операций, между континентом и Малыми Антильскими островами, была расположена широкая центральная область, где более или менее значительные военные операции могли вестись безопасно лишь той воюющей стороной, которая обладала большим морским превосходством, или же той, которая обеспечила за собой решительное преимущество на одном фланге. В 1762 году, когда Англия владела всеми Наветренными островами, при неоспоримом превосходстве на море, она беспрепятственно атаковала и покорила Гавану, но в 1779 - 1782 годах французская морская сила в Америке и господство французов на Наветренных островах практически уравновешивали ее силу, давая испанцам в Гаване свободу преследовать их планы против Пенсаколы и Багамских островов в вышеупомянутой центральной области{222}.