Франция все еще, казалось, шла на уступки, но на самом деле она выжидала удобного момента и тщательно готовилась к нанесению жестокого удара, для чего имела полное основание. Небольшие отряды или эскадры кораблей продолжали посылаться в Вест-Индию и Канаду, в то время как на Брестской верфи делались шумные приготовления, а к берегам Канала стягивались войска. Англия увидела, что ей угрожает вторжение – угроза, к которой народ ее был всегда особенно чувствителен. Тогдашнее правительство, в лучшем случае слабое, было особенно неспособно для ведения войны и легко терялось перед действительной опасностью. Кроме того, Англия была озабочена, как всегда в начале войны, не только многочисленностью пунктов, которые она должна была защищать вдобавок к своей торговле, но также и отсутствием большого числа матросов, рассеянных на торговых судах по всему свету. Средиземноморские интересы поэтому были оставлены без внимания; и Франция, произведя шумные демонстрации на Канале, спокойно снарядила в Тулоне двенадцать линейных кораблей, которые отплыли 10 апреля 1756 г., под командой адмирала Ля Галиссоньера (La Galissonière), конвоируя сто пятьдесят транспортов с пятнадцатью тысячами войска, под начальством герцога Ришелье. Неделю спустя армия была благополучно высажена на Менорке и осадила Порт-Маон, флот же блокировал гавань.
Все это было совершенным сюрпризом для Англии, ибо хотя у ее правительства и возникли, наконец, подозрения, действия его оказались запоздалыми. Гарнизон, не успевший получить подкрепления, насчитывал едва три тысячи человек, из которых тридцать пять офицеров, в том числе губернатор и полковники всех полков, отсутствовали, находясь в отпуске. Адмирал Бинг (Byng) отплыл из Портсмута с десятью линейными кораблями только за три дня до того, как французская эскадра вышла из Тулона. Шесть недель спустя, когда он был уже близ Порт-Маона, его флот увеличился до тринадцати линейных кораблей, и с ним было четыре тысячи солдат. Но было уже поздно: серьезная брешь была пробита в стенах крепости за неделю до того. Когда английский флот появился в виду ее, Галиссоньер уже приготовился встретить его и загородить вход в гавань.