Воин пепла

К счастью, новичков не стали терзать проверками на ночь глядя и отправили спать, причем не в здание, а в один из шатров во внутреннем дворе. Через несколько часов Тайен и Эль тихо покинули храпевших «собратьев» и с помощью магии прокрались в донжон. Там-то и начались проблемы.

Расположение внутренних помещений аль-Нуили оказалось странным. Тайен и в Вессалии редко посещал крепости, а на юге — вообще ни разу, но, насколько он понимал устройство древних укреплений, наверху должны были находиться хозяйские покои, а внизу — склады и колодец. Логика подсказывала, что реликвия на четвертом этаже, в сундуках главного иешнита, но Эль упорно тянула мага к погребу. Переспорить ее не получилось — она попросту пошла туда, куда хотела, а вместе с ней в темноте кануло и заклинание, укрывавшее Тайена от глаз южан. Пришлось следовать за ассасинкой, мысленно зарекшись еще хоть раз идти с ней на дело.

Спустившись по лестнице и миновав первый коридор, он понял, что ошибался. Внизу прятали что-то очень важное. Настолько важное, что иешнитский маг не поленился установить волшебную печать на толстенную дверь, которую и тараном было не пробить. Для чего еще нужны такие ухищрения, как не для сокровищницы?

Тайен приободрился. Только за дверью оказался новый коридор, за ним — еще коридор, а за ним — еще. И снятие первого же барьера подняло на уши всю крепость. Что сделала Эль, которая вчера, бедняжка, так волновалась, что ее бросят? Повела округлыми бедрами и растворилась в тенях.

Зря он заступился за нее перед Карасом в «Ароматах эш-Шардама». Все равно с врагами пришлось разбираться в одиночку.

Импульсивный выброс потоков огня добился того, на что Тайен уже и не рассчитывал. Стражи аль-Нуили забыли о долге и с воплями, распространяя вокруг себя смрад паленой плоти, кинулись наверх. Их оружие осталось лежать на полу, а рядом в конвульсиях дергался южанин, который тщетно старался сбить с себя пламя. Его крики звучали в ритм с чувствами Тайена.

Не в силах удержать голову прямо, маг уронил ее набок и скосил взгляд на торчавшие из груди древки стрел. Как его любят туда ранить… Он приподнял руку, чтобы коснуться растрепанного черного оперения, но так и не решился.

Сознание мутнело. Коридор пока что пустовал, но Тайен понимал, что это ненадолго и что снаружи его наверняка поджидают десятки южан с копьями и стрелами наготове. И побег из аль-Нуили, и упрямое движение вперед, к очередной запечатанной двери были одинаково бессмысленны. Как поступить?.. Победило любопытство. Зря он, что ли, столько вытерпел ради этого клятого сосуда?

Тайен сделал несколько неверных шагов вперед и, пошатнувшись, уперся боком в дверь. Древесину покрывал искристый налет, в котором только маг признал бы волшебный барьер. Судя по его тонкости, заклинание-замок поставили давно, и он истерся от того, что его постоянно открывали. Обновления требуют любые заклинания, и об этом не стоит забывать.

Ключа к печати маг не знал и, если бы не ветхость магической конструкции, вряд ли бы смог ее взломать. Но время сделало печать неустойчивой к воздействию чужой магии. Глубоко вдохнув, Тайен собрал силы и расплавил замок мощным заклинанием. В этот момент его что-то ударило в спину.

Свет померк.

…И зажегся снова. Свечи, расставленные по углам комнаты, освещали матовую кожу Кейро. Она стояла в постели на коленях, полностью обнаженная, и зазывающе томно улыбалась, слегка закусив нижнюю губу. У Кейро была восхитительная фигура, нет, даже идеальная, и она этим бесстыдно пользовалась.

Сегодняшний Тайен знал, что это не ее заслуга, а оборотничества. Кейро проводила жизнь в увеселениях, от которых быстро одрябнет любое тело. Она, однако, всегда оставалась сочной, как спелое яблоко, облитое карамелью. Его так и хотелось укусить, попробовать на вкус…

Сегодняшний Тайен знал, что под слоем карамели кроются горечь и яд. Он бежал бы из комнаты, сбивая дорогие вазы с подставок, и плевать, что над ним будут смеяться. Но тогдашний Тайен еще не знал, что Кейро одурманит его зельями и он убьет родных братьев. Он с хохотом прыгнул в кровать, опрокидывая любовницу на подушки.

Из забытья мага вырвала мучительная боль. Как будто кто-то выдергивал из него кишки, причем со стороны спины. Еще и поставил ногу, чтобы удобнее было тянуть. Тайен не смог удержался от воя, плюнув на все причины прикинуться мертвым. Всесоздатель, с какой радостью он сейчас испепелит проклятого южанина, который над ним издевается!

— Не трепыхайся, — зазвучал женский голос. — Иначе будет еще больнее.

— Оставь… — прохрипел он.

— Оставить? В тебе копье застряло. Как ты с ним развернешься в коридоре? Ну ни… — Эль вдруг замолчала. — Как же глубоко оно вошло. Потерпи немного.

От рывка вспыхнуло в глазах, а затем опять потемнело. Однако в новое забытье Тайен не провалился. К сожалению.

Маг скрючился от боли, но стоило пошевелиться, как напомнили о себе стрелы в груди. От древков остались куцые обломки — наверное, он обломал их, когда упал. Попытка дотронуться до них не принесла ничего хорошего. Руки ведь тоже были обожжены.

— … — сказал Тайен.