Воин пепла

Сейчас он был бы очень, очень не прочь оказаться в кошмаре со змеей. Даже это куда лучше, чем действительность.

Эль молчала. Маг перекатился на спину и посмотрел, что она делает. Сулица[Сулица — метательное копье с древком длиной 1,2–1,5 м.] в ее руках оказалась не такой уж длинной — всего два с половиной локтя, но ассасинка замерла и круглыми глазами смотрела на спутника.

— Тайен… Из тебя сыплется пепел.

— Спасибо за заботу, со мной все в порядке, конечно же. И кстати, то, что я не истекаю кровью, не значит, что мне не нужна перевязка.

Произнес он это отнюдь не так бодро, как хотелось бы. Голос сипел, во рту стоял отвратительный вкус золы, словно туда напихали остывших углей. Но на Эль словесный укол подействовал. Она наконец отмерла, помогла Тайену вытащить стрелы, перевязать рану от копья, а потом и подняться.

Окинув взглядом коридор, маг обнаружил, что вокруг добавилось мертвецов.

— Я думал, ты сбежала.

— А я думала, ты догадаешься, что из тени мне убивать проще, чем в открытом поединке. Ты меня чуть не поджарил!

Брови и ресницы у нее в самом деле оказались подпалены. Во время боя несколько ламп упали с железных подставок, прикрученных по бокам коридора, масло вылилось, а фитили погасли. Если бы Тайен не висел на плече Эль, то не заметил бы этого.

Подумав об этом, он заметил и то, что молодая и хрупкая ассасинка, с которой давно слетел призрачный образ паренька, без напряжения выдерживает вес здорового мужчины выше ее на голову. А впрочем, размышлять над такими мелочами все равно было некогда.

— Как будем выбираться? — спросил он. — Может, превратишь нас в птиц и мы вылетим из крепости на крыльях?

Шутку, которая в отчаянной ситуации звучала совсем не весело, Эль не поняла.

— Это невозможно. А если бы и было возможно, я все равно не уйду, пока не получу то, за чем пришла. Идем. Я оставила на входе маленький подарок, иешниты сюда еще какое-то время не попадут.

Она уверенно потащила его к двери. Тайен нервно усмехнулся и оглянулся назад. «Какое-то время не попадут»! А потом-то что? Убили они всего человек двенадцать, а в крепости, судя по тому, что он видел вечером, защитников было никак не меньше пятидесяти. Не сотня и не две, как ему показалось при разведке, но число такое, какое даже двум магам не перебить. Особенно когда они застряли под землей.

Подарок — не подарок, но ничто не мешало озлобленным крикам разноситься по узкому коридору. Тайен постарался не думать о том, что сектанты могут завалить выход. Им ничего не стоит на пару неделек остаться без доступа к сокровищам, а для бессмертия это будет… интересным испытанием. Если долгое и мучительное умирание вперемешку с кошмарами можно так назвать.

Магический барьер с двери был снят, но оставался самый обычный, железный. Пока Эль, бормоча ругательства, ломала отмычку, Тайен прислонился к стене, снял с пояса кожаную флягу и сделал из нее добрый глоток. Зелье обожгло нутро льдом. К тому моменту, как ассасинка справилась с замком, боль начала утихать. Тайен вытер онемевшие от зелья губы и шагнул в проход.

— Что-то мне уже не смешно, — процедил он.

Дверь. Опять дверь. Черная от времени, обшитая толстыми листами металла с травлением из незнакомых узоров. С одного взгляда на нее становилось ясно, что она стоит здесь с самого основания крепости. Но, приглядевшись внимательнее, Тайен обнаружил, что все гораздо сложнее, чем просто вход в сокровищницу.

Отец хранил государственные документы и фамильные драгоценности в особых сундучках, изготовленных с помощью магии. Без ключа открыть их было настолько трудно, что воры предпочитали похищать владельцев. В детстве Тайен часто утаскивал какой-нибудь из этих сундучков и испытывал на нем свою силу, надеясь «победить» хитроумное сплетение магии и металла. Ни одна из великого множества попыток не удалась.

Дверь выглядела в точности, как те сундучки, — произведение искусства, которое искрилось от магии и завораживало сложностью вплавленных в металл заклятий. Судя по тому, что их нити уходили вглубь каменных плит, они опутывали все помещение. Хотя их основу заложили много веков назад, заклинания были свежими, и теперь Тайен понял, почему барьеры на предыдущих дверях оказались старыми. Обновление настолько сложного заклинания требовало нескольких дней работы, а потом — недели отдыха. У занимавшегося этим мага просто не хватило сил на все сразу.

Кто-то очень постарался, чтобы враги не могли попасть в сокровищницу даже после того, как сровняют аль-Нуили с землей.

— Я не смогу ее открыть. Надо возвращаться.

— Спокойно. У меня есть ключ.

— Ключ от магической двери, которой не меньше тысячи лет? Откуда бы?

Вместо ответа Эль потянула за шнурок на шее и вытащила прямоугольный амулет. Его вид и блеснувшие в свете лампы символы вызвали слабый отклик в памяти Тайена, но так и не оформились в четкое воспоминание.

Ассасинка почти дотронулась амулетом до отверстия в барьере, когда маг перехватил ее запястье.

— Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь. И что внутри кроме проклятого сосуда найдется хоть что-то, что поможет нам сбежать.