Волосы. Иллюстрированная история

Пусть историки упустили из виду женщин в роли посетительниц цирюлен, однако третья фигура на эстампе указывает на еще один пробел, а именно на женщин в роли цирюльников. В XVII веке таких специалисток было небольшое, но стабильное количество: девушки и женщины поступали в ученичество к цирюльникам, а некоторые вдовы продолжали дело мужа после его смерти (ил. 2.9)[160]. Так, Мария Коэн, дочь купца, стала ученицей цирюльника в 1702 году, и ее случай, а также многие другие говорят о том, что в течение XVIII века цирюльничество становилось все более приличной для женщин профессией (ил. 2.5 и 2.10)[161]. Мы располагаем описанием от первого лица того, как художник и антиквар Джон Томас Смит (1766–1833) в 1815 году вознамерился опробовать услуги женщины-цирюльника. Он записал, что пока она его брила, ее муж, крепкий гвардеец, сидел и курил трубку: подразумевалось, что в этой семье зарабатывают оба супруга, и жена по праву занимается своим собственным ремеслом[162]. Тон Смита, любопытствующий, но в целом лояльный, также говорит о том, что, хотя женщины-цирюльники были редкостью, это было приемлемым явлением — другими словами, необычным, но не исключительным. Это подтверждается более поздними свидетельствами. Миссис Кроуфорд была женщиной-цирюльником в Нортумберленде на протяжении шестидесяти лет. Она начала работать еще девочкой, около 1876 года, и в 1936 году все еще брила клиентов. Примерно с 1901 года некая миссис Хоу помогала своему мужу брить заключенных в работном доме города Борн в Линкольншире; супруги работали вместе не менее десяти лет. Норты в графстве Дарем были еще одной семьей, в которой цирюльничество составляло основной источник дохода: прадед, дед и отец, Джим Норт — все стали парикмахерами. Каждый из четверых сыновей и четырех дочерей Джима учился у своего отца, и все в конечном итоге начали самостоятельную практику. Младшая, Сисси, закрыла свою цирюльню в 1951 году[163].

^{Ил. 2.8. Сельский цирюльник. 1778. Цирюльник в парике гротескных размеров и фасона делает прическу женщине, закрепляя на ее голове непомерно большой валик, на который он укладывает волосы, как ее собственные, так и накладные пряди, которые она держит в руках. Помощница стоит с зеркалом и может подать цирюльнику шпильки для волос со стола и валики, по форме напоминающие колбаски, для формирования прически. На стене висят мужские парики}

Все это дополнительно подчеркивает гибкий и адаптивный характер парикмахерской практики. Это была не столько конкретная специальность или род занятий, сколько набор навыков, объединявший слуг, горничных, парикмахеров, цирюльников и, в определенной степени, изготовителей париков. Границы между этими профессиями также были проницаемыми: слуги обучались у парикмахеров, а парикмахеры, как и цирюльники, ухаживали за волосами своих клиентов, изготавливали и обслуживали парики и накладки, продавали парфюмерию и различные средства для волос. География оказания парикмахерских услуг тоже была подвижной, охватывая лавки и салоны, передвижные и придорожные палатки, трактиры и комнаты в частном доме. Однажды Пипс записал, что его брили на кухне[164]. Взаимосвязь пола и ухода за волосами была столь же изменчивой. Некоторые слуги мужского пола обслуживали женщин на дому, а парикмахеры-мужчины обслуживали клиентов как мужского, так и женского пола. Иногда цирюльники могли причесывать женщин, а иногда женщины орудовали бритвой, чтобы побрить мужчин. Но всех их объединял процесс ухода за волосами — занятие, которое подразумевало плотный, физический, глубоко личный контакт. Как мы увидим, эта близость имела далеко идущие последствия.

^{Ил. 2.9. La Belle Estuviste (Прекрасная цирюльница). Втор. пол. XVII века. В переводе с французского текст гласит: «Эта цирюльница обладает многими прелестями, / Применяет свое искусство на практике, / Этот парень, хоть и деревенщина, / Говорит, что никогда не устанет от них». Комментарии и изображения, свидетельствующие о том, как приятно, когда тебя бреет женщина, — благодаря ее ловкости и нежности или же из непристойных соображений, — встречаются часто}

Отношения