Воспоминания фронтового радиста (от Риги до Альп)

До рубежа противника обычно от начала атаки сотни метров. Их преодолеть нужно как можно быстрее, но сохранить силы для решающей схватки у чужих окопов. Здесь можно и пробежать немного.

Кроме всего, мне еще необходимо командовать своими бойцами. Вижу, что из траншеи выскочили не все. Прошли метров тридцать.

Пулеметчик противника дал очередь в нашу сторону. Бойцы мгновенно попадали в высокую траву, она их хорошо замаскировала.

Падаю и громко кричу команду: «Вперед», поднимаюсь и иду. Поднялись почти все. Несколько человек отстало. Что с ними — ранены или «замешкались»?

Прохожу весь взвод, это метров 150. Снова подаю команду — «вперед». Поднялось два-три человека, те что были возле меня. Остальные делают вид, что не поняли командира. Снова прошел весь взвод, поднял кого окриком, кого пинком.

Думаю, если снова не выполнят приказ, кого-то может и расстрелять придется.

Закричал раненый узбек. К нему бросилось несколько товарищей. Это нарушение. Во время наступления останавливаться для оказания помощи раненым запрещается. Помощь окажут санитары.

Подхожу к раненому. Удивляюсь, подошедшие узбеки помощи раненому не оказывают, они усаживаются вокруг и что-то бормочут.

Приказываю разойтись. Не успеваю что-либо сделать, как впереди разрывается снаряд. Значит немцы эту «группу» заметили.

Падаю в какую-то борозду. Второй снаряд разрывается сзади нас. Понял, что артиллерия берет нас в «вилку».

Третий снаряд будет «наш». Понимаю, что нужно сделать рывок вперед, скорее уйти с этого места.

Вскакиваю, подаю команду — «бегом вперед». Узбеки ее не выполнили.

Успел пробежать несколько метров, слышу у немцев артиллерийский залп. Упал в какую-то колдобину.

Снаряды рвутся на том месте, где только что был взвод.

Бегу назад, разобраться, что произошло. Все узбеки, что были возле раненого, погибли или ранены. Других потерь во взводе нет. Хоть пострадали нарушители, а ребят все ж жаль. Смерть — это все-таки смерть, тем более такая бессмысленная.

К концу дня взвод задачу выполнил.

Как сам уцелел, не пойму. Весь день мотался под обстрелом, как челнок.

* * *

Наш взвод на правом фланге наступающих частей.

Правее впереди метрах в двухстах пятидесяти-трехстах, в полосе действий взвода, виднеется что-то похожее на ДОТ. Оттуда во фланг наступающим постреливает пулемет, не дает продвигаться вперед.

Моему взводу приказано ликвидировать эту огневую точку противника. Расположился в тени огромного дерева на краю заброшенного сада. Маскировка хорошая, со стороны противника меня не видно. Осматриваю местность в бинокль. Там действительно ДОТ или броневой колпак.

Пулеметчик разместился не в нем. Он устроился с нашей стороны ДОТа, хорошо замаскировался. Обнаружил его только тогда, когда стрелял пулемет.

Решил расправиться с ним сам. У меня новая, хорошо пристрелянная винтовка. Погода благоприятная, солнечная. Дует легкий ветерок. Место для стрельбы удобное.

Под деревом остатки какой-то кирпичной кладки. Получилось, почти как в тире, можно стрелять стоя, с упора. Установил прицел с учетом расстояния, скорости и направления ветра. Пожалел, что нет снайперского прицела.

Произвел выстрел. Фонтанчик пыли, наблюдаю в бинокль, впереди цели. Подкорректировал прицел, выстрелил второй раз. Теперь перелет. С третьего выстрела — «Ура! Попал в цель». Ликвидировал этого пулеметчика или ранил, не знаю. Только пулемет замолчал и больше не беспокоил.

* * *

Вечером получил приказ провести разведку этого ДОТа.

В разведку пошел с двумя бойцами.

Ночь. Темень непроглядная. Возвращаемся из разведки. Передовую немцев решили пройти по одиночке. Вечером, когда пробирались туда, заметил на нейтральной полосе ориентиры, два сгоревших танка. На этом участке земли их несколько, есть и немецкие, и наши.

Дошел до первого танка, обошел кругом. Посмотрел нет ли кого за танком или в нем.

Предосторожность не лишняя. Иногда кто-нибудь из наших автоматчиков, или немцев, ночью пробирается к одному из сгоревших танков и маскируется за ним или в нем. Получается хорошая, трудно обнаруживаемая огневая точка. Иду дальше, вот и второй танк. Передовая должна быть близко, около нее третий танк.

Прошел довольно много, а танка все нет. Понял, что заблудился. Решил судьбу не испытывать, подождать до утра. Прилег отдохнуть и незаметно задремал.

Разбудил меня утренний холодок. Поднялся, огляделся, далеко ночью я протопал, увидел, что до наших окопов с километр, а то и больше.

Передовая только на обзорных картах плавная линия, в действительности это сложная кривая. В одном месте мы вклиниваемся в немецкую оборону, в другом они в нашу.

Передовая часто проходит там, где солдаты успели окопаться в конце наступательного боя.

Прошел мимо пулеметного гнезда. Пулеметчики мне что-то крикнули, я не расслышал, что именно. Они же меня предупреждали, что дальше немцы вклиниваются в нашу оборону.

Иду дальше. Совсем близко вижу наши окопы, но что это? Рядом с окопами стоят солдаты в какой-то сизой одежде. Подумал, это конечно наши. Вчера нам выдали милицейскую форму вместо военной, рубашки синие.