Восстановление Римской империи. Реформаторы Церкви и претенденты на власть

На самом деле в ходе развития событий произошло несколько неожиданных поворотов. Один из полководцев Одоакра (по имени Туфа) быстро переметнулся на сторону Теодориха, но затем снова вернулся к своим еще до конца 489 г. Точно так же армию ругов, которая присоединилась к Теодориху после уничтожения их австрийского королевства Одоакром в 487 г., тем не менее привлекли обещания последнего (временно), и они тоже перешли на его сторону. Поэтому зимой 489/90 г. предводитель готов сам был вынужден засесть в укрепленном городе Павии. Но 11 августа 490 г. Теодорих выиграл третье крупное сражение в том месте, где дорога из Лоди в Кремону пересекает реку Адду, и в последующие два года затянул петлю на шее Одоакра. Войско Туфы было уничтожено, руги вернулись к Теодориху, и тот в августе 492 г. начал морскую блокаду Равенны из близлежащего Римини. Блокада продолжалась до тех пор, пока 25 февраля 493 г. не начались наконец переговоры. 5 марта Теодорих вступил в город, согласившись разделить власть. Но этот гот не зря провел большую часть своей жизни в Константинополе и его окрестностях. Десять дней спустя на пиру Теодорих сам ринулся вперед к Одоакру и «ударил его мечом по ключице… Смертельный удар разрубил тело Одоакра до бедра, и говорят, что Теодорих воскликнул: „В теле этого бедняги явно не было ни одной косточки”».

В тот же день главные сторонники Одоакра и их семьи были собраны в одном месте и перебиты. Игральные кости, брошенные двадцать лет назад, наконец принесли желаемое[44]. Было пройдено много тысяч километров, проведена масса мелких и несколько крупных сражений – и земля Италии оказалась под властью Теодориха: и все это в результате объединения готов, которого он добился своим маневрированием. Но Теодорих научился в Константинополе гораздо большему, чем тому, как с нечестными намерениями заключать договоры. Имея в своем распоряжении ресурсы Италии, ее новый король, которому не было еще и сорока, приступил к исполнению еще более грандиозных честолюбивых планов. Началось осуществление первой попытки восстановления Западной Римской империи.

Глава 2. Философ в пурпурной мантии

Полученная нами картина правления Теодориха в Италии является почти полным контрастом дерзкому, чрезвычайно расчетливому игроку, способному раскроить соперника надвое за стаканом бренди и сигарами. Вскоре после смерти Теодориха Кассиодор – один из главных вельмож последних лет его жизни – нарисовал такой портрет:

«Когда он откладывал в сторону заботы о государстве, он стремился узнать в беседах с вами мнения мудрых людей древних времен, чтобы своими собственными деяниями сравняться с ними. Направлениями движения звезд, морскими течениями, чудесами бьющих источников интересовался этот самый проницательный собеседник, так что благодаря своим настойчивым исследованиям природы вещей он казался философом, носившим пурпурную мантию»[45].

Теперь не столько жестокий военачальник, сколько мудрый искатель самых глубоких истин природы – вот образ, подкрепленный многими оставшимися письмами из собрания сочинений, в которое входит это письмо. Они имеют своей целью показать его правление в действии. В этих письмах, написанных безупречным и слегка цветистым латинским языком позднеримского периода, мы видим, что правитель занят искоренением коррупции, превосходно вершит правосудие, строит стены и акведуки и даже оказывает поддержку образовательным столпам классической культуры, часто при этом читая небольшие классические проповеди. Та же самая приверженность мудрости видна и в иностранных делах. Здесь он организовал ряд известных брачных союзов со всеми главными государствами в границах его сферы влияния (главными королевствами вестготов, бургундов, вандалов и франков, а также несколькими менее значительными королевствами – карта 3, с. 82), а затем предпринял попытку сохранить мир, когда между вестготами и франками случился конфликт в середине первого десятилетия VI в.

Однако копните чуть глубже, и быстро исчезает контраст между человеком энергичных, иногда взрывных действий, который не давал покоя Константинополю на протяжении полутора десятилетий, и философом в пурпурной мантии, управляющим Италией.

Кассиодор