Воздушный фронт Первой мировой. Борьба за господство в воздухе на русско-германском фронте (1914—1918)

2-й ИАО формировался при 2-м авиационном парке (г. Смоленск) под руководством штабс-капитана Е.Н. Кру-теня, позднее вступившего в его командование^[408].

К лету Ставка ВГК потребовала создания аналогичных истребительных отрядов и в других армиях. В качестве дополнительной меры борьбы с воздушным противником руководитель авиацией и воздухоплаванием в действующей армии (Авиадарм) предложил снабжать «самыми быстроходными аппаратами… авиационные отделения в дивизионах, назначение которых защищать штабы армий от нападений аэропланов противника»^[409].

На вооружении первых истребительных авиаотрядов состояли как одноместные, так и двухместные самолеты типа «Ньюпор-10», «Кодрон»^[410], «Вуазен», «Фарман»^[411] и др.

20 июля 1916 г. начальник Штаба ВГК генерал от инфантерии А.М. Алексеев издал приказ за № 918 об изменении штата корпусного авиаотряда путем введения в него истребительного отделения двухсамолетного состава. Оно должно было обеспечить защиту менее быстроходных и слабовооруженных самолетов-разведчиков во время выполнения ими задач по разведке, аэрофотографированию и корректированию огня артиллерии^[412].

Ранее, в конце 1915 г., в составе ЭВК «Илья Муромец» такую функцию стали выполнять одноместные самолеты типа «С-16 РБВЗ», конструкции И.И. Сикорского, до этого являвшиеся тренировочными летательными аппаратами для летного состава воздушных кораблей. По новым утвержденным штатам ЭВК в ее составе предполагалось иметь теперь помимо 12 учебных летательных аппаратов школы Эскадры еще по 14 легких самолетов (4 истребителя, 4 разведчика и 6 тренировочных) в составе каждого боевого отряда, число которых увеличилось с двух до трех. Подобно большинству других самолетов-разведчиков, «С-16 РБВЗ» превращался в классический одноместный истребитель. Он стал одним из первых истребителей отечественной конструкции^[413].

Вооруженные двумя пулеметами, одномоторные бипланы «С-16 РБВЗ» предназначались «для охраны „Муромцев“ в воздухе, а также для прикрытия на аэродромах [их] базирования»^[414].

Еще в феврале 1916 г. по решению Ставки ВГК шесть первых самолетов «С-16сер» (серийный) были переданы в «легкую» авиацию в состав вновь формируемых отрядов истребителей.

27 марта самолет прошел боевое крещение на фронте. Над районом Крейцбург – Кокенхаузен военный летчик подпоручик К.К. Вакуловский осуществил успешный перехват немецкой двухвостки, вновь появившейся на русско-германском фронте^[415]. Вскоре неприятельские аэропланы с двумя фюзеляжами были обнаружены нашими наблюдателями и на Риго-Двинском участке Северного фронта. Последние периодически появлялись в районе г. Фридрихштадт, Якобштадт и ст. Крейцбург. Как показали очевидцы, «в бой с нашими летчиками двухвостки не вступают и держатся в неприятельском тылу, неся, по-видимому, лишь охранную или истребительную службу. Лишь в одном случае двухвостка погналась за одним из наших бипланов, забравшимся далеко в тыл германцев, и преследовала его пулеметным огнем до самых позиций. Здесь двухвостка повернула обратно, и тогда наш летчик, в свою очередь, стал преследовать ее. Пользуясь преимуществом в быстроте хода, двухвостка на этот раз ушла благополучно»^[416].

Первый русский авиационный отряд истребителей (7-й ИАО), вооруженный самолетами «С-16сер» (аэродром близ галицийского местечка Яблонов), приступил к боевой работе в конце апреля 1916 г.

В начале мая активность вражеской авиации на русско-германско-турецком фронте вновь возросла. После занятия войсками Кавказской армии стратегически важной крепости Эрзерум заметно оживилась деятельность германо-турецкой авиации на Кавказском театре военных действий. При этом она носила бессистемный характер, решая в основном задачи разведки и бомбардировки объектов и живой силы русских войск. В воздушные бои с нашими самолетами противник старался не вступать.

Иное положение сложилось в полосе Северного и Западного фронтов. По оперативным донесениям от 27 апреля: «Во многих местах линии реки Двины появились неприятельские летчики и сбрасывали бомбы. Над Двинским районом вчера летали 7 неприятельских аэропланов. Один из них имел наши опознавательные знаки»^[417]. Бомбардировкам с воздуха подверглись также многие пункты и военные объекты наших войск на западном направлении. В районе д. Островки (северо-восточнее Столбцов) противник сбросил до 30 бомб, взрывами которых было убито несколько пленных австрийских военнослужащих^[418]. В ночь с 27 на 28 апреля германский дирижабль совершил налет на г. Режица, сбросив на него разрывные и зажигательные бомбы^[419].

7 мая воздушной бомбардировке противника подверглось м. Ляховичи^[420], на объекты которого было сброшено восемь бомб^[421].

По оценке корреспондентов газеты «Русский инвалид», на Западном фронте «помимо воздушной разведки и метания бомб, австро-германцы в некоторых местах фронта проявили и наступательную тенденцию»^[422].