Вперед, на Париж! Заграничный поход 1814 г.

Французская армия тоже первоначально была разбросана на востоке страны, поскольку неприятель наступал с нескольких направлений. Наполеон собрал в единый кулак 20 тысяч пехоты (из них 16 тысяч по две дивизии Старой и Молодой гвардии), 10 тысяч кавалерии (гвардейской) и 120 орудий, присоединив к себе корпус маршала Мармона (имея еще корпуса Нея и Мортье), утром 29 января, совершив марш-бросок через Сен-Гендские болота, вышел к местечку Шампобер.

Корпуса маршалов империи Удино и Виктора оставлялись для удержания переправ через реку Сену в Правене и Нанжисе. Им, в случае угрозы, приказывалось «держаться до последней крайности».

Путь к Шампоберу был трудный: люди и кони вязли в грязи, колеса повозок и орудий вязли в болотной жиже по ступицу. Под артиллерию впрягли обывательские лошади, «с величайшей трудностью тащили они орудия по лесам, низменным местам и болотам, покрытым тонкою корою беспрестанно ломавшегося льда».

Император французов был, как и прежде, со своими солдатами, воодушевляя их одним своим видом. Когда маршал Мармон, попытался повернуть свой корпус назад, заявив Наполеону, что дальше идти по топям возможности нет, то он получил приказ во что бы то ни стало подаваться вперед. И только вперед.

Для именитых противников Наполеона такой ход стал полной неожиданностью: французская армия оказалась в «золотой середине» мест нахождения корпусов Силезской армии. Было от чего фельдмаршалу Г.Л. Блюхеру бить тревогу, но он воспринял появление войск неприятеля перед 9‐м пехотным корпусом генерал-лейтенанта З.Д. Олсуфьева как некую атакующую акцию «французского партизанского войска», не желая думать о том, что под Шампобером может находиться сам император Наполеон и вся его армия.

Силы венценосного полководца Наполеона Бонапарта в сражении у Шампобера состояли из двух дивизий Старой гвардии (8 тысяч человек под командованием маршала Эдуарда Адольфа Казимира Жозефа Мортье), двух дивизий Молодой гвардии (6 тысяч человек, командующий маршал Мишель Ней, князь де ла Москва), 6‐тысячного пехотного корпуса маршала Огюста Фредерика Луи Мармона.

Кавалерия французской армии была сильна: 6 тысяч гвардейской кавалерии маршала Эммануэля Робера де Груши, 2 тысячи человек 1‐го кавалерийского корпуса и 2 тысячи кавалеристов корпуса дивизионного генерала Жана Мари Антуна Дефранса. Артиллерия имела полный боекомплект.

Можно утверждать, что, перейдя в наступление, император Наполеон знал, что корпуса Силезской армии генерал-фельдмаршала Г.Л. Блюхера оказались «разорванными» друг от друга на расстояния в 60 километров. Знал и то, что связь между ними нарушена: Блюхер имел на то время всего 600 всадников. Местные проводники большим доверием у союзников по известным причинам не пользовались.

Поэтому уверенный в себе Наполеон во главе 35‐тысячной (или более) армии двинулся в долину реки Марны, прекрасно ориентируясь на местности, чего нельзя было сказать о его противнике. Французская армия двинулись к Шампоберу, у которого стояли русские войска, пройдя через Сен-Гондские болота. Для содействия движению через топи император приказал собрать в окрестных деревнях лошадей и людей.

Корпус Олсуфьева расположился в Шампобере и окрестных деревнях по приказу командующего Силезской армии на несколько дней для отдыха. В Бриеннском деле и под Ла-Ротьером корпус понес потери, и теперь в его составе числилось под ружьем 3690 человек. Артиллерия состояла из 24 орудий, кавалерия из… 16 конных вестовых.

Не имея совсем кавалерии (даже казачьей), командир корпуса генерал-лейтенант З.Д. Олсуфьев не мог выставлять вокруг расположения своих войск дальние дозоры боевого охранения. О разведке местности у Шампобера речи вести не приходилось. Поэтому утром 29‐го числа Олсуфьев оказался перед тревожным фактом: ему донесли о неожиданном появлении больших сил французов, кавалерии и следовавшей за ней пехоты с юга, со стороны города Сезанна. Они держали путь к Шампоберу в колоннах, пока не разворачиваясь для атакующих действий.

Корпусной командир сразу же отдал приказ генерал-майору Е.Е. Удому с четырьмя егерскими полками занять перед Шампобером деревню Байе для противодействия численно превосходящим силам неприятеля, намерения которого были пока неясны. При этом на сезаннской дороге корпусные штабисты не позаботились даже уничтожить мост через реку, и он стал ценным «трофеем» наступавших французов.

Русские егеря заняли указанную им позицию и, будучи подкреплены артиллерией (6 орудий), изготовились к огневому бою с подходившими французскими колоннами. Те, как вскоре оказалось, являлись пока лишь авангардом армии Наполеона. Это были 6‐й пехотный и 1‐й кавалерийский корпуса под общим командованием маршала империи Мармона.