Вперед, на Париж! Заграничный поход 1814 г.

В этот решающий час сражения у Вошана к императору прибыла пехотная дивизия (4,5 тысяч человек) генерала Жана Леваля, вызванная им во Францию из Испании. Ее солдаты с воодушевлением все так же и всюду приветствовали представшего перед ними Наполеона возгласами: «Виват, император!» Теперь силы сторон несколько уравнялись.

К этому времени фельдмаршал Г.Л. Блюхер, оценив после истребления пехотного отряда Цитена превосходство французской кавалерии и убедившись, что сражается он лично с Наполеоном и его армией, решил отступить от Вошана. Тем более, что он имел кавалерии всего около 2 тысяч человек. Иначе говоря, продолжать сражение до своего разгрома Блюхер трезво не пожелал.

Фельдмаршал построил свою пехоту для отступления в огромное каре. Немногочисленная прусская кавалерия прикрывала фланги каре. Все это проходило в известной спешке, что привело к тому, что два пехотных батальона союзников с 3 орудиями остались на стрелковых позициях в лесу. О них просто забыли, и потому им ничего другого не оставалось, как сдаться неприятелю.

Началось отступление от Вошана. Прусский корпус Клейста, поставленный первым, отходил спокойно, а вот русскому корпусу Капцевича, который принял роль арьергарда, «достались» все атаки французской кавалерии и львиная доля ядер и картечи вражеских батарей.

Постоянно отбиваясь от наседавших преследователей, корпус Капцевича стал отставать от впередиидущей прусской пехоты. Разрыв в движении между союзниками все увеличивался. Видя для себя в этом смертельную угрозу, фельдмаршал Блюхер приказал корпусу Клейста встать и подождать Капцевича, которому грозил охват флангов с последующим окружением.

Когда два корпуса сблизились, Блюхер произвел некоторое перестроение отступающих войск. Теперь артиллерия и обозы стали двигаться по шоссе. Справа отступал русский корпус, слева – прусский. Батареям приказывалось в ходе движения простреливать шоссе ядрами, гранатами и картечью, задерживая тем самым настойчивых преследователей. Такая мера оказалась достаточно эффективной.

Император Наполеон попытался подавить огнем своей артиллерии артиллерию неприятеля, но в том успеха не добился. К закату солнца медленно двигавшееся огромное каре, составленное из двух пехотных корпусов и двух кавалерийских полков, достигло Шампобера. На каждом километре пути к нему союзники теряли много людей.

Наполеон по ходу дела смог доказать свой имидж блестящего мастера применения артиллерии. По его приказу дивизионный генерал граф Антуан Друо составил батарею из 30 пушечных стволов, которая своими залпами нанесла немалый людской урон отступавшим союзным корпусам. От огня этой батареи солдаты бежали от шоссе в окрестные леса, где становились пленниками вражеской кавалерии.

Казалось бы, на этом сражение у Вошана должно было затухнуть. Однако кавалерийские полки маршала Груши обошли Шампобер и перекрыли войскам Блюхера дальнейший путь отступления к Этожу. Теперь союзники могли только прорываться сквозь тысячные массы кавалерии штыком и картечью.

Блюхер приказал провести перестроение корпусов в колонны, которые от Шампобера пошли вперед по шоссе на прорыв к Этожу. Союзникам в том эпизоде битвы откровенно повезло: французская гвардейская артиллерия застряла в грязи, двигаясь по обходным дорогам, а кавалерия одна, без должной огневой поддержки, оказалась не в силах удержать тысячные колонны пехоты.

Исследователи отмечают, что путь из Шампобера к Этожу для войск Блюхера проложила русская пехота. Построившись в три каре, имея в своих рядах много новобранцев, «сражавшихся как старые солдаты», она подпустила атакующую тяжелую кавалерию французов на расстояние всего в 60 шагов, дала залп такой силы, что кирасиры были расстроены и отброшены прочь от дороги.

Кирасирские эскадроны были прогнаны еще дальше после того, как несколько русских конных орудий выехали вперед на расстояние залпа «ближней картечи». Он оказался очень удачен, и после этого дорога к Этожскому лесу стала свободна для дальнейшего походного движения.

Однако будущему маршалу маркизу Эммануэлю де Груши «добыча» все-таки досталась: два русских батальона были изрублены конниками, а два прусских пехотных полка, не «попавших» в ряды колонн, сложили оружие перед французами. Добился Груши такого успеха благодаря своей настойчивости, чем и заслужил высокую благодарность своего монарха.

Желая отрезать союзников от Этожа, Груши с отменными знаниями местности перелесками вторично вышел на большую дорогу, перекрыв ее. Повторная атака велась тремя кавалерийскими корпусами генералов Думерка, Бордуселя и Сен-Жермена. Немногочисленная прусская кавалерия, прикрывавшая движение пехоты, не смогла сдержать их натиск.

Тяжелой кавалерии французов удалось расстроить несколько пехотных каре. Союзники отражали наскоки кирасир картечью оставшихся у них орудий. Сам Блюхер в одном из случаев отважно возглавил пехотную контратаку. Весь день фельдмаршал был мрачен, понимая, что его Силезская армия находится на грани поражения.