Вперед, на Париж! Заграничный поход 1814 г.

Париж смотрелся в планах союзников на войну во Франции самой желанной целью. К этому стремилась вся русская армия, памятуя 1812 год и сожжение первопрестольной Москвы. Не случайно один из участников штурма столицы империи, созданной венценосным полководцем Наполеоном I, поэт штабс-капитан Константин Батюшков, адъютант генерала от кавалерии Н.Н. Раевского, в своем стихотворении «Переход через Рейн» написал такие строки:

   И час судьбы настал! Мы здесь, сыны снегов,   Под знаменем Москвы, с свободой и с громами!..   Стеклись с морей, покрытых льдами…

Мемуарист Федор Глинка, прошедший в чине пехотного поручика Апшеронского полка Отечественную войну 1812 года и дошедший до Парижа, оставил после себя замечательные мемуары – «Письма русского офицера о Польше, Австрийских владениях, Пруссии и Франции, с подробным описанием Отечественной и Заграничной войны с 1812 и по 1814 год». Впервые увидевшие свет в 1870 году, они переиздавались уже под кратким названием «Письма русского офицера». В них есть главы «Поход на Париж» и «Бой при Париже», написанные непосредственным свидетелем и участником этих событий.

«Поход на Париж

…На первом шагу своем союзники встречают, при Фер-Шампенуазе, 13 марта дивизии Мармонта (Мармона) и Мортье. Увидеть, напасть и разбить было для них дело мгновения. Оба маршала имели только 25 000. Союзники подавили их ужасным натиском всех своих сил. Сто пушек, 7000 пленных и открытый путь к Парижу.

Сим последним пользуясь, союзники, свернувшись в пять больших колонн, под веяньем победоносных знамен, с веселыми кликами надежды и радости быстро продвигались к последней цели своей. 16‐го перешли они Марну в Триполе и Мо, а 18‐го люди, воспоенные водами Оки и Волги, пришедшие из отдаленных краев хладной Сибири, от знойных берегов Каспийского моря, от хребтов грозного Кавказа – сии люди увидели окрестности Парижа!!!

Надобно поставить себя на место тех, которые прошли столь необъятные пространства, выдержали столько ужаснейших боев, подъяли столь великую истому, столь неописанные труды; и наконец, по полям, облитым кровью, по тлеющим развалинам городов, сквозь огонь, чрез воды и среди смертей, достигли конца своего пути и вершины славы; надобно, говорю я, поставить себя на место их, чтоб постигнуть чувство, наполнившее тогда сердца подступивших к Парижу.

Но совсем противное было в Париже. Невеселые слухи приходили от Марны и Сены; задумчивость и уныние начинали появляться в шумных толпах вечно поющего народа. Правительство, с одной стороны, зная ветреность жителей, распускало слухи о небывалых успехах. Толпы подкупленных и легковерных разглашали их по улицам. Истина спорила с ложью. Но вывоз сокровищ, отъезд Иосифа Бонапарта и самой императрицы показали ясно Парижу настоящее его положение. Громкий барабанный бой на утренней заре 18 марта пробуди беспечных жителей столицы, и тогда только поверили, что более 100 000 победителей стояли уже за высотами, заслоняющими город их.

Париж имел несколько тысяч гарнизона, мог выставить до 30 000 народной гвардии и всеми силами войска подкрепить корпуса, разбитые при Шампенуазе. Природа оградила город, в долине стоящий, высотами Бельвильскими, холмом Бютшомон и горою Монмартр. Канал Урский служил также некоторою обороной.

Защитники Парижа расположились следующим образом: сперва занимали они Бельвиль, Менильмонтан, Бютшомон и Венсенский замок; их средина расположена была за каналом Урским, имея за собою Монмартр, который весьма б был страшен, если б был укреплен; а левое крыло их простиралось до Нельи. Весь этот строй имел вид выгнутой дуги.

Расположение союзников было следующее: армия силезская должна была идти справа через Сен-Денис к Монмартру; гвардия российская и прусская, под начальством графа Милорадовича, занимала средину, двинувшись из Бонди к Пантеню; генерал Раевский управлял нападениями на Бельвиль; и принц Вюртембергский, на левом крыле, должен был занять Венсен и наблюдать за Шарантоном. Генерал Сакен и баварцы оставлены в Мо, чтобы противустать Наполеону, если бы он вздумал воротиться к Парижу».

Часть вторая Венец эпохи войн Наполеоновской Франции – падение Парижа и отречение Бонапарта

Поход союзных войск, основой которых являлась русская армия, на Париж стал венцом Войны 1814 года. Неполные три месяца ее ведения были трагичны для побежденной французской стороны и драматичны для победителей-союзников. Пожалуй, именно эту особенность кампании на земле Франции весьма объективно сфокусировал в своих «Письмах русского офицера» Федор Глинка.

Бой при Париже