Всё о кино за 12 часов. Краткая история кинематографа

Большинство первых попыток были заимствованы из водевильных ревю. Вокальные партии исполнялись так, как будто вы смотрите живую сценическую постановку, с участием множества танцоров ансамбля, которые впечатляли больше своими номерами, чем проявлением таланта. Ограничения звуковых технологий в те далекие времена становились причиной примитивного размещения камер, поскольку исполнителям приходилось говорить и петь непосредственно в микрофоны, чтобы их можно было качественно записать. Фильм компании MGM «Бродвейская мелодия 1929 года», мелодрама о сестрах-соперницах в бродвейском шоу, стал первым звуковым фильмом, получившим премию «Оскар» за лучшую картину. В нем были сцены в техниколоре, и он стал первым полностью звуковым (говрящим) голливудским мюзиклом.

Фильм «Люби меня сегодня» (1932) режиссера Рубена Мамуляна с Морисом Шевалье и Жанетт Макдональд в главных ролях и с песнями Роджерса и Харта стал ранним музыкальным хитом. Фильм, созданный под влиянием европейской оперетты, является одним из первых «интегрированных мюзиклов», где музыкальные номера являются не просто интерлюдиями, а продвигают сюжет. Через песню мы знакомимся с Морисом, парижским портным, который подгоняет аристократу новое пальто. Беседуя со своим клиентом, он радостно напевает “Isn’t It Romantic?”, его клиент подхватывает песню, продолжая напевать себе под нос, когда выходит из магазина, затем песня переходит к таксисту, затем к композитору, который записывает мелодию, затем к солдатам, к цыганам, а затем к принцессе, которую играет Макдональд. Мы увидели мир этой истории, социальные противоречия, преодоленные мелодией, и познакомились с будущими влюбленными. В остальном же это остроумная романтическая комедия докодексового Голливуда[50], наполненная находчивыми диалогами и сексуальным подтекстом. За этим фильмом последовали другие оперетты-мюзиклы (Шевалье и Макдональд сыграли вместе в четырех мюзиклах), но как только Кодекс Хейса призвал кинопроизводителей к порядку, убрав все, что намекало на сексуальные отношения, они вскоре стали восприниматься как старомодные.

Фильмами, которые установили шаблон жанра закулисного мюзикла в начале 1930-х годов, были «Золотоискатели 1933 года» и «42-я улица» (1933), оба производства Warner Brothers. Сначала вышла «42-я улица». Мы наблюдаем за изнурительной подготовкой к бродвейскому шоу, со множеством закулисных историй, выматывающих репетиций, ссорящимися хористами, неугомонным режиссером, спонсорами, желающими «склеить» хористку (одну из таких девушек по прозвищу Энни-в-любое-время играет молодая Джинджер Роджерс). Сюжетный ход, ставший в дальнейшем культовый: звезда получает травму в вечер премьеры, и вместо нее на сцену должна выйти неизвестная певица. Этой неизвестной была Руби Килер. Режиссер, выдающийся Уорнер Бакстер, берет ее за плечи и говорит о том, как много зависит от ее успеха, об огромной проделанной работе, о том, что в случае провала шоу многим грозит увольнение, и заканчивает знаменитой фразой: «Сойер, ты уходишь новичком, но должна вернуться звездой». У фильма горько-сладкий финал: дебютантка имеет сенсационный успех, и мы видим, как ее прославляют, в то время как режиссер стоит в углу, а его тяжелая работа остается непризнанной.

Драма захватывает и хорошо сделана, но Килер неубедительна как потенциальная звезда: она не умеет играть, поет она посредственно, и она неграциозна как танцовщица, напряженно следит за своими ногами, как будто только учится. Вполне вероятно, что она получила свои роли в кино, потому что была замужем за Элом Джолсоном. Точно не из-за ее внешности или характера. Но, как ни крути, она стала любимицей публики и снялась в нескольких других мюзиклах Беркли с Диком Пауэллом. Пауэлл, с другой стороны, обладает харизмой и приятным тенором, и в паре с ней он очень обаятелен. Позже он изменит свой образ, сыграв крутого детектива Филипа Марлоу.

Последние двадцать минут фильма навсегда сделали его классикой. Они содержат ряд хореографических номеров, поставленных Басби Беркли[51]. Бывший хулиган Беркли произвел революцию в съемках постановочных номеров на огромных сценах, с полчищами полуодетых танцовщиц, необычным реквизитом и декорациями (танцовщицы, играющие на электрических скрипках или на десятках плавучих роялей, красивые девушки, спускающиеся с водных горок, и огромные шеренги мужчин и девушек, танцующих чечетку с военной точностью), снимая с необычных ракурсов (как под, так и над исполнителями), часто с большой высоты (для этого в крыше звуковой сцены прорезали отверстие), что придавало телам калейдоскопические формы. Его постановки обладали невиданной ранее энергией и масштабом. Некоторые из его работ довольно пикантны; ему нравилось направлять камеру между ног своих артисток.